Скользя из тени в тень, она присматривалась и прислушивалась. От ее обагренного кровью меча поднимался пар, а капавшая с него кровь быстро застывала.
С другого конца лагеря донесся вопль. Она надеялась, что это не Тирульф, а тот, кто ему попался.
Справа от нее за углом послышался хруст снега под сапогами. Приближалось несколько человек, и она вновь скользнула в тень, услышав, что они направляются в ее сторону. Выхватив меч, она подпрыгнула, уцепилась за край пологой крыши и, подтянувшись, забралась наверх. Распластавшись по кровле, Ялна замерла, затаив дыхание.
Из-за угла появилось двое воинов. Она осторожно посмотрела на них через край. Один нес факел и копье, другой держал наготове меч.
Выждав, пока они окажутся прямо под ней, она, примерившись, прыгнула вниз.
В прыжке Ялна ударила в спину воина с мечом и свалила его с ног. Прокатившись по земле, она вскочила на ноги, уклоняясь от удара копьем, и, схватив меч упавшего, вонзила его в живот другого воина.
Не успел его крик замереть, а она уже бросила меч, подхватила копье и проткнула им первого воина. С копьем в руках она растворилась во тьме за углом, прежде чем появились другие воины.
Низко пригибаясь, Ялна перебежала открытое пространство, отделявшее ее от конюшен. Толкнув дверь, она проскользнула внутрь, собираясь выпустить лошадей и усилить суматоху. Снаружи раздался крик — ее заметили.
Она бросилась в глубь конюшни, задыхаясь от тошнотворного запаха мертвечины, исходившего от лошадей Тьмы, заполнявших стойла. В темноте глаза их ярко горели багровым пламенем. На бегу она с удивлением подумала о том, куда могли деваться живые лошади, но это была лишь мимолетная мысль, ей и без того было о чем думать.
Почти следом за ней в конюшню ворвались воины с факелами.
— Вон она! — завопил один из них, заметивший ее за мгновение до того, как она успела скрыться.
— Лук Скади! — Ялна присела на корточки в одном из стойл рядом с кормушкой, полной сена. Мысли лихорадочно метались в поисках выхода.
— Эй, кто-нибудь, встаньте у другого выхода! — послышался голос одного из воинов.
Тот, кто ее увидел, привел других к стойлу, и они остановились на пороге.
— Бросай оружие! — приказал он, не спеша входить первым.
Из стойла не доносилось ни звука. Наконец один из них набрался храбрости и осторожно заглянул в стойло, держа высоко над головой факел.
— Здесь никого! — воскликнул он.
— Не может быть!
— Сам посмотри.
— Кровь Гарма! — воскликнул первый воин, убедившись, что в стойле пусто. Он осторожно вошел внутрь, опасливо огляделся, посмотрел на потолок и снова выругался. — Поищите в соседних стойлах, может быть, я их спутал, — предположил он.
Поиски ничего не дали. Снаружи морозную ночь пронзил еще один крик.
Ялна слышала, как воины с проклятиями бросились наружу. Выждав немного, она прислушалась, но вокруг все было тихо, тогда она отбросила сено, под которым едва успела спрятаться, и выбралась из кормушки, не выпуская из одной руки копья, а в другой сжимая меч.
Осторожно она вышла в проход. Ее насторожил подозрительный свист. Женщина едва успела отшатнуться: в том месте, где перед этим была ее голова, воздух полоснул клинок. Послышалось проклятие. Она воспользовалась этим, чтобы в темноте точно направить удар, и с удовольствием услышала глухой треск разрубаемой плоти.
Это был один из воинов, оставшийся ждать, догадавшись, что она где-то затаилась и покинет свое убежище, когда все уйдут. С криком, полным удивления и боли, он упал, корчась, на устланный соломой пол.
Ялна понимала, что крик воина привлечет других, и она отказалась от своего плана выпустить лошадей, потому что не была уверена, сможет ли справиться с конями-призраками. Женщина поторопилась выскочить из конюшни и скрылась в тени стен соседней кузницы. Она сделала это как раз вовремя, потому что в следующую минуту вернувшиеся воины снова бросились в конюшню.
С мыслью о подземном ходе смотрела она на пять общих домов, оценивая расстояние между ними.
— Ялна! — мужской голос совсем рядом позвал ее из темноты.
Повернувшись, она пошла на звук, уверенная, что это Тирульф.
Из темноты мужчина нанес ей удар обухом. Железо глухо стукнуло о череп.
Ялна, как подкошенная, беззвучно рухнула к ногам Торга Рваное Ухо.
Она очнулась, когда ей в лицо плеснули ледяной водой. Задохнувшись от холода, она открыла глаза. До тошноты гудела голова.
Она по-прежнему была рядом с кузницей. Мужчины держали ее, не давая упасть. Заведенные за спину руки стягивали ремни. Перед ней в колеблющемся свете факела стоял Торг Рваное Ухо.
— Где прячутся остальные? — властно спросил он.
— Будь я проклята, что дала себя провести, — глухо откликнулась Ялна.
— Отвечай мне, женщина. Ну!
— Как ты узнал мое имя?
— Тирульф шепнул его с последним вздохом. Горячие слезы обожгли ей глаза.
— Локиту это не понравится, — проговорила она и была довольна, что удалось сдержать дрожь в голосе и скрыть кипящие в душе чувства. — Ты не должен был причинять нам вреда, как я слышала.
Торг со всего размаха ударил ее по лицу. Голова Ялны дернулась, и она почувствовала вкус крови из рассеченной губы.
