Молчание — золото. Это норма поведения в приличном обществе: говори меньше, будь скромнее. Гермиона не любила, когда её осаждали за пламенные речи, но понимала: это заслуженно. Пока в один роковой день молчание не стало её личным проклятьем.
========== 1. «She don’t say a word» ==========
Гермиона закашлялась, сплёвывая ледяную воду, пробравшуюся в нос, глотку и лёгкие, с трудом осознавая, что происходит. Крепкая рука обвила её талию, с силой увлекая за собой по водной глади. Она тонула? Её спасли? У Грейнджер было стойкое ощущение, словно она только что пробудилась от тяжкого сна, каким-то невероятным образом оказавшись посреди озера. Мокрые волосы прилипли к лицу, векам, до её слуха доносились едва различимые звуки голоса, усиленного Сонорусом.
Дамблдор?
Уши всё ещё были заложены, вода затопила барабанные перепонки, создавая оглушительный звон, сквозь который пробивались гулкие удары учащённого пульса.
Дотянувшись окоченевшими пальцами до лица, Гермиона смахнула мешающие пряди, с ужасом отмечая, что иссиня-фиолетовые пальцы принадлежали будто совсем не ей и вообще больше походили на безжизненную конечность какого-нибудь инфернала. Всё ещё надрывно кашляя, Грейнджер то и дело крепко зажмуривалась, чтобы вытолкнуть из-под век чёртову воду, застилавшую глаза мутной пеленой. Когда её зрение наполовину прояснилось, осознание происходящего поразило её до глубины души: она и впрямь находилась посреди Чёрного озера, вдали виднелся Хогвартс, а сильная рука, обвивающая её талию, принадлежала Виктору Краму.
— Как ты, Гери-миона? — крикнул он, бросив на неё обеспокоенный взгляд.
Грейнджер только набрала воздуха в лёгкие, чтобы ответить, но оставшаяся в них вода спровоцировала новый приступ кашля, поэтому она просто кивнула и вцепилась руками в плечи Виктора, таким образом убеждая его ослабить хватку и рассекать воду двумя руками, чтобы не тратить дополнительных сил для поддержки нелёгкой ноши.
До пирса с немногочисленной группой поддержки и полным составом профессоров, включая мадам Максим и Каркарова, оставалось приблизительно десять метров. На краю деревянного сооружения виднелись фигуры Седрика и Чжоу, завёрнутые в полотенца.
Значит, Гарри ещё под водой. Стоп… это что, Флёр?
О да, эту чрезмерно раздражающую особу сложно было спутать с кем-то другим. Хоть её волосы и потемнели от воды, они по-прежнему были светлее всех, кто находился на суше.
— Чемпион Дурмстранга Виктор Крам блестяще справился с испытанием, вызволив из недр Чёрного Озера нашу очаровательную мисс Гермиону Грейнджер! — объявил Дамблдор, приставив палочку к горлу. — Поздравляем нашего второго участника с успешным выполнением сложнейшего задания!
Раздались бурные аплодисменты дурмстрангцев и некоторых слизеринцев, что по непонятной причине уповали на победу Виктора, а не Седрика и, уж тем более, не Поттера. А вдруг самым отчаянным фанатам знаменитого болгарина выпадет возможность перевестись в школу бывшего Пожирателя Каркарова? Салазар одобрил бы. Уж слишком предвзятое было отношение у старика Альбуса к змеиному факультету. И никаких тёмных искусств. Семь лет обучения коту под хвост.
Однако само олицетворение Слизерина текущего семилетия, вопреки всеобщим ожиданиям победы Крама, уныло подпирал ограждение, сложив руки на груди.
Похоже, что Малфой окончательно разочаровался в Викторе, когда узнал, что тот водится с грязнокровкой. Ещё на Святочном балу Гермиона убедилась в этом, неоднократно ловя брезгливые, презрительные взгляды слизеринца, когда они с Виктором попадали в его поле зрения. Драко всякий раз гневно поджимал губы и демонстративно отворачивался, предсказуемо сагитировав всю компанию своих шестёрок реагировать соответствующим образом.
Взобравшись на пристань при помощи Невилла и Симуса, Грейнджер сразу же накрылась двумя серыми полотенцами с Согревающими чарами, что оказались весьма кстати. Её бил озноб, зубы ритмично и неконтролируемо стучали друг о друга, а в замёрзшие руки крайне болезненно возвращалась чувствительность сотнями невидимых уколов.
Внезапно возникшая перед ней покрытая веснушками Джинни Уизли со смешной шапкой на голове что-то бормотала, вопрошающе глядя на подругу, но Гермиона лишь непонимающе прищурилась. Спохватившись, Джиневра схватила палочку и наложила на гриффиндорку высушивающее заклинание, превосходно сработавшее и на удаление воды из ушей. Теперь всё вокруг стало слишком громким.
— Как ты? — вновь повторила Уизли. — Всё в порядке?
Гермиона хотела ответить ей, и уже открыла рот, но губы лишь беззвучно двигались на выдохе, не воспроизводя ни единого слова. Она сглотнула, прочистила горло и попробовала ответить снова — ничего. Рука интуитивно потянулась к горлу, волна паники медленно поднималась откуда-то изнутри, растекаясь неприятным покалыванием в груди.
— Гермиона? — настороженно позвала её Джинни. — Ты ведь слышишь меня, так?
Она неистово закивала, пытаясь снова и снова произнести хоть что-то, но голос словно покинул её. Или… буквально покинул.
— Фините! — произнесла Уизли, направив на Гермиону палочку. — Скажи же хоть что-нибудь!
