Керис резко повернулся назад, рука автоматически выхватила из ножен меч. Он готов был поклясться, что он никого не видел за собой. Но тогда эти темные фигуры появились прямо из-под земли! Холодно блеснула сталь… Керис рубанул мечом ближайшую фигуру, и понял, что попал в цель. Но в следующую секунду ему самому пришлось уклоняться от удара. Керис отскочил к воде, сразу погружаясь по щиколотку в холодный ил. Выставив вперед меч, он отбил новый удар. Посыпались искры. Отлично, подумал Керис, по крайней мере, тут хоть есть нормальные люди, не призраки, как он подумал сначала, ударяя по первому из нападавших. Вдруг со стороны реки к нему рванулся кто-то с топором в руках. А с берега наседал кто-то. Бородка клинышком показалась Керису знакомой. Такую же носил и Магистр Магус. Отбив этот удар, он развернулся к реке, поскольку топор был уже занесен над его головой. Тут Керис подумал: а почему это пришедший по воде не издал при беге ни единого плеска? Словно он передвигался по поверхности воды… Выходит, это была иллюзия! Но тогда не нужно обращать на это внимания!
Но было слишком поздно. Покуда Керис сообразил, что к чему, кто-то из настоящих людей зацепил его ногу крючком и рванул на себя. Падая, Керис почувствовал страшный удар по голове. То, как он ударился головой о каменистый берег, Керис уже не помнил…
Очнувшись из небытия, Керис подумал:
— Это Магус наложил на воинов заклятье, которое сделало их невидимыми… Если бы я был настоящим волшебником, я смог бы вовремя заметить их… Я если бы я был по-настоящему искусным воином, то я был бы более осторожен. Так что в любом случае сам виноват…
В следующую секунду Керис снова погрузился во мрак, потеряв сознание. Это было на подворье Магов, в доме деда. Солтерис сидел в своем кабинете, за письменным столом, который всегда так поражал воображение Кериса.
— Керис, не думай обо мне плохо, не убегай от меня, — тихо говорил он. — Почему ты думаешь, что я сам разрешил Сураклину вселиться в мое тело, вселиться в мой разум? Мы просто дружим друг с другом, мы не считаем себя пленниками и захватчиками. Он позволил мне войти с ним в подлинное бессмертие. Ты же просто не представляешь, на что в действительности способен человеческий мозг. Он может вместить в себя сколько угодно душ. Там полно места для нас всех. Керис, я не умер… Только с моим телом теперь все кончено… Но сам подумай, разве бабочка когда-нибудь скорбит по оставленному ей кокону? Керис, прошу тебя, пойдем.
И тут вытянул вперед руки, тонкие, но сильные, вены вздулись, и их сразу стало заметно на фоне белой кожи. Он напрягся. Его глаза, на которые так были похожи глаза Кериса, излучали свет. В их глубине только тлел какой-то желтоватый огонек. Этот огонек, он какой-то странный…
Увидев этот блеск, Керис отпрянул назад. Он так скучал по потерянному деду, тосковал по нему все эти месяцы. Значит, в его напряженных венах текла теперь не кровь, а волшебная энергия, сила, которая освобождает и раскрепощает, которая многое позволяет своему хозяину.
Словно читая мысли внука, старик пробормотал:
— Керис, только я могу помочь тебе. Я ведь и сам врачеватель. Только ты сам знаешь, что настоящие волшебники никогда не похваляются своими знаниями и умениями. Посмотри, посмотри на ладони рук твоих…
Вздрогнув от ужаса, Керис проснулся. Он был весь в поту. Поначалу ему показалось, что он видит на стене у изголовья кровати какие-то светящиеся серебром значки. Да, так оно и есть. Керис протер глаза, но неожиданно откинулся назад. Голова раскалывалась, а тело было словно чужим. На него было наброшено какое-то одеяло. Керис пошарил руками возле себя, так и есть, оружие куда-то пропало. Он посмотрел на потолок помещения. Судя по богатству отделки, он лежал в одной из комнат поместья Сердика. Единственное окно было забрано кованой решеткой. С трудом поднявшись, Керис подошел к окну и проверил решетку. Ничего не скажешь, ее делал мастер своего дела. Он протянул руку к стеклу, и тут его охватил панический страх неизвестности. Керис поспешно отдернул руку.
Простояв пару минут, он сообразил в чем дело. Конечно, это вызывающие страх заклятья. Выходит, горько подумал послушник, все это время Сураклин знал, что за ним следят. Он улучил подходящий момент, отозвал в сторону Магуса и велел ему подготовить ловушку. Возможно, он нарочно заманил его на остров… Но как он обо всем догадался?
Но тут Керис подумал — если его не прикончили там, на берегу реки, значит, он для чего-то понадобился Сураклину? Что предложит ему Темный Волшебник?
Эта мысль ужаснула его.
А вдруг окажется, что его сон — это реальность? Вдруг Сураклин не убивает жертв, лишая их души и тела, а как бы соседствует с ними, гарантируя вечную жизнь и им?
Керис резко встряхнул головой, отгоняя абсурдную мысль. Чтобы Сураклин делал что-то еще в чье-то благо — да ни за что на свете. К тому же он достаточно успел проявить себя — идет по трупам, не разбирая дороги.
И тут вдруг Керис подумал — а что если позвать Темного Волшебника, поговорить с ним, спросить его?
