— Прошу вас понять меня правильно, — сказал просительным тоном Леннарт, — я вовсе не пытаюсь оскорбить ее, — но было видно, что он лжет, — но ведь и она сама не оказывает ему достаточно внимания и почета! Она просто неспособна на такое! Все, что ее интересует, — это выгоды, которые она может получить от своего статуса. Вот что ей нужно! Стоит ему только начать оказывать ей знаки внимания, как она воспользуется этим, окрутит его, опутает и подчинит своей воле, станет им помыкать, как захочет…
— Я всегда думал, — сказал участливо Сураклин, — что какая-то провинциалка, жадная до денег и невиданных раньше нарядов — не самая лучшая пара нашему Фаросу! Даже если бы она и была семи пядей во лбу, чего я в действительности вовсе не могу о ней сказать!
Хорошо еще, что наставники постоянно вбивали в головы ученикам послушание. Керис сумел проконтролировать свои эмоции, и только потому не обнаружил себя. Сураклина стоило ненавидеть уже за одно только то, что он говорил о Пеллициде! Но ведь ему и нужен Сураклин… Стоит ему только рывком распахнуть дверь, а уж пистолет, надо думать не подведет…
Впрочем, Сураклин ведь волшебник — ему ничего не стоит при виде нацеленного на него оружия заставить Кериса промахнуться или чтобы пистолет дал осечку. К тому же тут полно гвардейцев, отсюда не удастся уйти. Но даже если он и выберется, то куда в таком случае бежать? Для чего подвергать опасности Джоанну и Антрига? В конце концов, они и так собираются добраться до Сураклина, хоть и позднее!
Все это вихрем пронеслось в сознании Кериса, когда заговорил уже сам Темный Волшебник:
— Нет, Леннарт, тебе вовсе не зазорно было критиковать ее — она ведь недостойна такого внимания Фароса! Ведь ты знаешь, что ничего у нее не забираешь! Все, что тебе нужно — это твоя любовь, которая вполне должна вознаграждать твою преданность! — Тут Сураклин приподнял руку, и где-то в полумраке скрипнуло кресло — Магистр Магус бросился к своему избавителю.
Магус изменился, и это изменение одновременно расстроило и разгневало Кериса, словно он увидел, что кто-то жестоко обращается с животным или ребенком. Когда он был гостем Магуса в городе Ангельской Руки, то он презирал Магистра за его шарлатанство, за то, что он без особых усилий зарабатывает почет и деньги, в то время как настоящие волшебники либо в тюрьме, либо прячутся по тайным норам. Но сам Магус хорошо к нему относился, он без колебаний приютил и его, и Джоанну у себя, даже когда знал, какой опасности подвергается при этом сам. Он и помогал им по мере сил. Теперь же, глядя на почтительность, с которой Магистр приближался к новому хозяину, Керис понял, что оправдываются его самые большие страхи. Стоило только Магусу побывать в руках инквизиторов, как надеяться на него больше было уже нельзя. Из лап Инквизиции его могли вырвать только два человека — принц Сердик и его советник, то есть Сураклин. Впрочем, это было естественно — ведь Сураклину нужен был прирученный волшебник.
— Это я приготовил для вас! — Магус почтительно протянул Темному Волшебнику красную сафьяновую коробочку. Сураклин взял ее, и Магистр с поклоном отступил снова куда-то в темноту. Темный Волшебник, нажав на какой-то гвоздик, открыл коробочку, Леннарт и Сердик с любопытством уставились на нее.
— Великолепно! — пробормотал Сердик, осторожно прикасаясь к коробочке, — розы! Да таких даже в самом Меллдейне не сыщешь! Красота-то какая!
— Тихо, — рассмеялся Сураклин, — не касайся их, иначе ты почувствуешь, что твое отношение к Леннарту… э-э-э, несколько изменилось!
Принц поспешно отдернул руку и отскочил назад. Леннарт покраснел, а Сураклин расхохотался, видя все это.
— Подобные вещицы устанавливаются в спальнях для… для большего эффекта, господин! Это довольно пустяковое заклятье, но зато эффективное! — в его глазах плясала насмешливость, — но только Леннарт, я тебя предупреждаю, обращайся с этой штукой поосторожней, иначе все, кому не лень, вдруг почувствуют страсть к тебе и станут ломиться в твою спальню. Тогда уж на долю бедняги Пеллы никого не останется! К чему такая несправедливость? И еще — не касайся цветков сам до того момента, как ты окажешься в кровати его высочества. Иначе все испортится! Я надеюсь, ты сумеешь справиться с этим?
Юноша горячо закивал головой.
— Только уважаемый Гэрр! — забормотал он почтительно, — мне нужно, чтобы вы выполнили свое обещание и доставили меня в Кимил раньше, чем его высочество прибудет туда! Если все так произойдет, то тогда трудностей не возникнет — его телохранители пропустят меня в его покои!
— Положись на меня, мальчик! — Сураклин широко улыбнулся, — я верю тебе, и ты верь мне!
Темный Волшебник доброжелательно потрепал юношу по щеке. И он снова заговорил:
— Признаться, мальчиками я сам никогда не интересовался. Теперь я понимаю, почему! Но ты получишь много власти, ты будешь править, даже не сидя на троне, со стороны! Только, прошу тебя, сделай все мудро и осмотрительно, чтобы не подвергать опасности в первую очередь себя самого! Ты можешь мне это обещать?
