Виндроуз посмотрел на Кериса. Послушник был облачен в расшитую золотом ливрею слуги. От этого шитья даже в глазах рябило. Внук архимага задумчиво вертел в руках сдобную булку с изюмом, которую есть явно не собирался.
— Керис, и ты меня прости за все, — тихо сказал Антриг.
Молодой человек вскинул голову, точно волк, попавший в ловчую яму и готовый откусить протянутую ему руку помощи.
— Сураклин уничтожил человека, которого мы оба очень любили, — продолжал Антриг. — Он лишил его тела и разума, использовал их в своих бесчестных целях, а потом выбросил все это, как ненужную вещь. Но факт остается фактом — я убил то, что осталось от твоего деда.
— Если бы я увидел его в сарае таким, как сейчас выглядит наш император, — тихо сказал Керис, — честное слово, я сделал бы тоже самое.
— Мне кажется, что Сураклин как раз на это и рассчитывал. Конечно же, он знал, что я не смогу бросить то, что стало с Солтерисом, в чужом мире на произвол чужих людей. Но все равно, чтобы с архимагом не случилось, оставил ли я его в живых или убил бы, все равно в этом обвинили бы меня. А Пелла, — тут чародей посмотрел на притихшую принцессу, которая поглаживала собачонку и испуганно глядела на него, — тебе не повезло почти также, как и всем нам. Только тебе было еще тяжелее, ты оказалась в чужом мире, в совершенно неподходящее время, да вдобавок тебя выдали замуж за совершенно неподходящего человека. Спасибо тебе за все, что ты для нас сделала. Керис… Джоанна, — Виндроуз повернулся к ним, — вам я обязан своей жизнью. Мне бы не хотелось ввергать вас в новые опасности, которые просто идут за мной по пятам. И мне очень жаль Гэри, — прибавил он, — уже с того момента, когда я его увидел, я понял, что он кончит плохо.
Джоанна вздохнула, представляя Фэйрчайлда живым.
— Нет, иначе быть никак не могло, — решительно сказала она.
Эта ночь была тоже очень холодной. Когда окончательно стемнело, Джоанна выскользнула из своей комнаты и по длинному коридору прокралась к комнате Антрига. В комнате потрескивал огонь, и было слышно его гудение в дымоходе. Это был единственный доносившийся оттуда звук, к которому примешивалось еще завывание ветра. Антриг лежал на широкой резной кровати. Сомнения не было, он спал.
Больше Джоанне тут делать было нечего — она только хотела удостовериться, что с ним действительно все нормально. Ведь все эти два месяца она молила Бога, чтобы Антриг остался в живых, чтобы они могли встретиться снова.
Завтра, может быть, послезавтра, им придется встретиться с Сураклином, придется, скорее всего, спуститься в подземелье в его разрушенной цитадели, где скрывается украденный им компьютер. Им нужно уничтожить или, по крайней мере, умереть при попытке уничтожить эту ставшую адской машину. Девушке даже не хотелось думать, что будет, Если они в конечном итоге потерпят поражение и станут пленниками Темного Волшебника.
Но пока, в этой роскошной комнате, было тихо и спокойно. Тревоги, казалось, находились где-то в ином мире, где-то далеко. Еще вчера она тряслась в фаэтоне Пеллы, испытывая страх перед грядущей неизвестностью, боясь, что это путешествие так никогда и не достигнет своей цели. Завтра они все трое могут умереть. Завтра всего этого уже может не быть — равномерного дыхания Антрига, его поседевших волос, рассыпавшихся по накрахмаленной наволочке.
Джоанна молча стояла и смотрела на Антрига, который вдруг неожиданно открыл глаза.
Когда Джоанна ушла, Антриг заснул опять. Виндроуз проспал почти весь день. Джоанна думала, не видя его за обеденным столом, что он без труда проспит и весь следующий день — настолько Антриг устал за это время.
— Знаете, они теперь возлагают вину за все это на вас! — сообщила Пелла, — за бурю, за все эти напасти, за потерю почти всего урожая! — принцесса протянула болонке кусочек намазанного маслом хлеба, который та осторожно взяла, — они полагают, что если Антригу удалось убежать из Башни несмотря на все принятые меры, то ему ничего не стоило устроить все это, еще находясь там!
— Я знаю! — сказал Антриг, входя в комнату, — но я, конечно, вовсе не использовал при бегстве волшебство! Как же мог пользоваться волшебством, если они обвесили все печатями, которые не дают магии действовать там!
— Но как же тебе тогда удалось снять с себя цепи?
— Подобрал ключи, вот и все! Просто еще раньше, года три-четыре назад, когда Герда пригрозила посадить меня на цепь, я на всякий случай сделал ключи, которые у воров называются отмычками! Там, в Башне, уже столетиями торчат из стен вделанные на такой случай железные кольца! Я давно положил эти отмычки в щели между кладкой стен и держал их там до поры до времени! Вот и весь секрет!
