– Почему же? Я всегда с тобой серьёзен. Я был серьёзен, когда предупреждал тебя про Алана, – я специально сказал его имя, чтобы отследить реакцию. – Не моя проблема, что ты не умеешь правильно воспринимать слова. А теперь развлечёмся. В конце концов, с моими пальцами ты уже знакома, пришло время для более, – я зло усмехнулся, – серьёзных размеров.
Я презирал себя за то, что говорил. Но, чёрт возьми, Мейс был прав. О ней узнают, выследят, навредят. Меня колотило от этой мысли, как самого последнего труса.
– Это не Алан.
Что?
Тогда кто? Кайлеб?! Он не мог. Вопреки дрянному характеру, он не отправлял девчонок на убой. Тем более, я видел, что Эм ему приглянулась.
– Это, – она запнулась, – Рэндал.
Меня сорвало.
– Ты совсем дура?! – заорал я, вскакивая с кресла. В три широких шага преодолел расстояние между нами и впечатал кулак в стену рядом с её головой. Она зажмурилась, а серая штукатурка хлопьями осыпалась ей на макушку.
– Ты вообще понимаешь, куда ты попала?! – прорычал я, стараясь убежать от навязчивых мыслей влепить ей подзатыльник. – Это тебе не выпускники Гарварда! Это настоящее зверье! Они пустили бы тебя по кругу! – распалялся я и приходил в ещё большую ярость, представляя эту кошмарную сцену. – Тебя драли бы во все доступные отверстия! Ты бы теряла сознание, а когда возвращалась бы, всё повторялось бы снова.
Я перевёл дух и склонился ниже, ближе к её маленькому покрасневшему ушку.
– Ты ведь заметила бритоголового Фрэнка? – зловеще зашептал я, и по её судорожному вздоху догадался, что она понимает, о ком идёт речь. – Он любит не просто трахать. Он любит издеваться, любит причинять боль. Девчонки после него не то, что ходить, они ползти не могут. Но его это не останавливает. Он отдаёт их своим дружкам. Смотрит, снимает, а потом шантажирует за отсосы…
– Прекрати! – Она замотала головой, сильнее вжимаясь лопатками в стену.
– После этого тебе не помог бы ни один психотерапевт, – обессиленно выдохнул я, утыкаясь носом ей в висок. Провёл самым кончиком по мокрой от слёз щеке. Словил губами каплю, испытывая отвратительное чувство, что причиной их являюсь я.
В груди что-то неприятно закололо.
– Почему, Эм? Почему ты такая ненормальная? – тихо спросил я, возбуждаясь от вида двух округлый полушарий в опасной близости от моих губ.
Захотелось сорвать топ, втянуть губами сосок. Заставить кричать. От наслаждения. Поднять под ягодицы и насадить на член до самого упора. У меня яйца задымились от представленной картины, и я, нехотя оторвавшись от притягательного тела, взял со стула толстовку и надел на подрагивающую фигурку. Убедившись, что кофта скрывает всё, что нужно, я аккуратно обхватил ладонями её лицо и, стерев большими пальцами остатки слёз, заставил себя посмотреть ей в глаза. Блестящий голубой за долю секунды заклеймил чувством вины каждый орган.
– Успокойся, Эм. Тебя никто не тронет. Я обещаю.
Моя девочка молчала. Лишь дышала и обдавала тёплым дыханием мои губы. Клубничный запах забился в каждую пору. Впитался в кровь, вытеснил все чужие ароматы.
Взяв Эм за руку, я захватил из соседней комнаты её вещи и принял курс на выход. Вдалеке играла музыка, раздавались женские стоны и мужской смех. И я, заметив испуг на кукольном лице, ускорил шаг.
Отсутствие на пути подлизы Тревора и ребят, скорее всего, участвующих в массовой оргии, позволило нам беспрепятственно выйти наружу. Я подвёл Эм к своей тачке и, открыв дверь, посмотрел ей в глаза:
– Садись.
– Спасибо, что помог. Дальше – я сама. – Эта ненормальная указала на другую сторону улицы, и я, прищурившись, смог рассмотреть красный MINI Cooper.
Высший уровень маскировки.
– Садись в машину. – Мне было плевать. Она уедет со мной.
Эм сглотнула, но в глазах сверкнуло знакомое упрямство. Премерзкая черта характера: держать марку там, где стоит просто заткнуться и сделать, как говорят.
– Максвелл, я…
– Один раз. – Я устало потёр пальцами переносицу. – Хоть один раз ты можешь не спорить со мной?
Я надеялся обойтись без принуждения. Надеялся, что это невероятно сложное для неё действие произойдёт на добровольной основе. Но если нет – запихну силой.
Эм прикусила нижнюю губу и, судорожно поправив длинные рукава, из-под которых выглянули милые красные ноготочки, соизволила исполнить мою просьбу.
Мне необходимо было подумать, и делать это будет намного проще, если мне не придётся волноваться о тех проблемах, которые эта неугомонная может в любой момент найти на свой аппетитный зад.
Вывернув на Сентрал-авеню, я резко вжал педаль газа. Над поясницей, в районе пропущенного удара, порывами вспыхивала боль, но я старался абстрагироваться от некомфортных ощущений и сосредоточиться на анализе ситуации: выискать опасные дыры и в срочном порядке придумать план по их оперативному устранению.
– Куда ты меня везёшь?
