— Ничего! Так ведь? — я замерла, заставляя остановиться и его, — ты ничего не чувствуешь! Все ложь, обман! Он меня не слышит, или его просто нет. Есть только они, и они слишком близко. Мне некуда бежать, никто не поможет.
— Да о чем ты говоришь? — встряхнув меня так, что клацнули зубы, Глеб свирепо уставился мне в лицо, будто пытался прожечь в нем дыру. Видимо, он считал что это сможет привести меня в чувство. И, похоже, привело — я гораздо спокойнее посмотрела на охотника:
— Можешь отпустить. Я в порядке.
— Уверена?
— На все сто! — с истеричным смешком ответила я, — кстати, та настолько убежден в нашей безопасности, что не боишься ходить по улицам?
— Никто не может знать этого наверняка, — признался Глеб, — но я сделал все, чтобы сбить твоих приятелей со следа. Пока мы неразличимы для их взглядов, так что немного времени у нас ещё есть.
Что же, значит, Люцифера эти предосторожности не могли сбить со следа. Падший мог появиться в любой момент, и мне было не совсем понятно — чего он ждет? Неужели ему действительно было настолько важно мое согласие? Что это: дело принципа или обязательное условие — согласие жертвы? Именно ею я чувствовала себя, думая о том, что мне уготовано. Но если мне дана возможность выбора, то почему бы и не выбрать?
— Они уже здесь, — Валар бросил взгляд на слегка растерянного Артема.
— Но ведь именно этого мы и ждали? — заметил он.
— Мессир! Их слишком много.
— Я в курсе, малыш, — полукровка усмехнулся, видя реакцию демона на его слова. Что же, Артем давно доказал свою преданность, и юный возраст никогда не был тому помехой, — ты знаешь, что надо делать.
— Я не могу оставить вас одного, — осмелился возразить Артем.
— Это ненадолго, — успокоил помощника Валар.
После того, как демон ушел, полукровка снова устроился в кресле. Весь его вид ничем не выдавал напряжения.
Пришельцы не заставили себя ждать. Воздух в кабинете потяжелел, запахло грозой и перед Валаром появились три темных фигуры, овеянные туманом. Один из них выступил вперед, двое другие замерли, готовые в любой момент подчиниться приказу.
— Родгар! Какая неожиданность. К сожалению, не могу сказать, что приятная, — растягивая слова начал Валар, — не думал, что у тебя хватит глупости встретиться со мной еще раз.
— Я пришел за Региной, — твердо произнес Палач.
— Вынужден охладить твои братские чувства, но твоя сестра останется со мной, — взгляд полукровки недобро сверкнул, когда увидел пробежавшую по лицу Родгара тень.
— Ты хочешь войны?
— Разве можно желать того, чего невозможно избежать? — усмехнулся Валар, — однажды я сохранил тебе жизнь, чтобы не омрачать смертью брачную ночь с моей возлюбленной женой. Думаю, что был слишком добр к вашей семье.
— Ты сдохнешь, клянусь бездной! — сдерживая отчаянный порыв разбить в кровь красивое, ухмыляющееся лицо полукровки, Родгар сжал кулаки, — но сначала, ты вернешь Данталиону его дочь.
— Моя жена останется со мной. Разве не таков был уговор? Или заручившись поддержкой Совета, твой папаша решил наплевать на наш договор? — вздернув левую бровь, Валар наблюдал за меняющимся выражением лица Родгара, демонстрирующим все оттенки ярости, жажды крови и злости, готовой выплеснуться на врага прямо сейчас.
Полукровка не знал, зачем провоцирует своего шурина. Было куда быстрее и проще для них обоих схлестнуться в смертельном поединке. Но Валар отдавал себе отчет в том, что может повлечь за собой смерть хоть одного из них.
— Было ошибкой отдать ее в твои руки, — справившись со злостью, произнес Родгар.
— Не думаю, что твоя сестра захочет покинуть мои заботливые руки, — краешек губ Валара дрогнул.
— Верни Регину в клан, или умрешь, — отчеканил Палач.
— Считай, что провел переговоры. И получил мой отказ, — Валар резко поднялся, не сводя взгляд с шурина.
— Неужели тебе наплевать на ее жизнь? — не выдержал Родгар, — она может пострадать!
— Об этом нужно было думать до того, как соглашаться на мои условия. А теперь прочь из моего дома.
Взгляд Валара потемнел, температура в кабинете упала на несколько градусов, внезапно налетевший ветер разметал в стороны полы длинного черного плаща Родгара.
— Да будет так, — подытожил он, исчезая вместе с сопровождавшими его молчаливыми тенями.
— Что же, пора и мне, — решил полукровка, наблюдая, как в центре кабинета растет вращающаяся воронка, — но никто не сможет обвинить меня в не гостеприимстве.
