— Вот и я о том же. Им не нужно управлять, нужно быть ему другом, тогда и он будет относиться к тебе также. Попытаешься использовать его, он от тебя отдалится, а попытаешься надавить, он найдёт причину отказать. Хочешь от него отдачи, приблизь. Если боишься, то просто не трогай и не лезь в его дела. Как бы там ни было, он всё равно будет прав, потому что живёт по совести.
— Я тебя услышал, Харитон. Для начала нам нужно встретиться. Подождём до бала, а там посмотрим.
— Благодарю вас за столь лестные слова, Ваше императорское Величество, — поблагодарил я Льва Николаевича, когда тот закончил нахваливать меня.
После этого Я спустился с подиума туда, где на меня таращились с ненавистью и завистью. С презрением уже никто не смотрел, Зато были те, кто заинтересовался мной. Видимо, просчитывают варианты. Интересно, для чего император меня так подставил? Неужто хочет посмотреть на то, как я себя поведу?
— За что ему такие почести? Он их не заслужил. Он лишь очернил и подставил князя Бельского, а сам за счёт этого пригрелся у ног императора. Ещё и вырядился так, будто из княжеского рода. Петух гамбургский, — услышал я возмущение одного из гостей, который стоял метрах в полутора от меня и совершенно не заботился о том, чтобы я ничего не услышал.
«Кажется, я понял для чего император представил меня именно так», — подумал я, повернулся и обратился к говорившему:
— Ну что, камикадзе, пришло время отвечать за свои слова, — а затем моя улыбка плавно переросла в оскал.
— Тебя что-то не устраивает, плебей⁈ Так брось мне вызов! — ответил мне незнакомец.
Так вот в чём дело. Он специально провоцировал меня, чтобы я бросил ему вызов. Похоже, что кто-то подготовил для меня бретёра. Вот только они знают, что я силён и что могу перевоплощаться, поэтому не стали вызывать меня сами, а провоцируют меня на это, чтобы самим выбирать оружие. Ну что ж, сегодня я их удивлю.
— Я, барон Максим Валерьевич Бессмертный вызываю тебя, чмо неизвестное, на дуэль без подмен и до смерти за попрание моей дворянской чести, — громко произнес я, и некоторые гости усмехнулись, когда я назвал своего оппонента чмом неизвестным. Судя по всему, этого бритьёра усиленно пропихивали на этот закрытый бал и здесь его, никто не знает, кроме тех, кто его нанял.
— Я граф Стрельский Василий Эдуардович принимаю твой вызов. Бой на мечах немедленно, если позволит Его императорское Величество, — ответил мой оппонент и все повернулись ко Льву Николаевичу.
— Я разрешаю дуэль. Подготовьте всё необходимое во дворе, — ответил император ожиданием своих гостей, и все дружно двинулись в сторону выхода, а через некоторое время мы уже находились во дворе, где огородили специальную круглую площадку для дуэли на мечах.
Мы с графом вошли в круг. В качестве моих секундантов выступали Макаров и Константинов, а секундантами моего противника стали, судя по всему, сторонники Бельского. Вряд ли среди них был тот, кто нанял этого бретёра.
Ради нас специально вызвали императорского распорядителя дуэлей.
— Господа, не желаете ли примириться?
— Ни за что! — ответил граф, вынимая свой меч из ножен.
— Я не против. Но для этого ему нужно признать что петух гамбургский это он. Однако эта возможность действует только до начала дуэли. После того, как мы скрестим мечи, примирение станет невозможным. Собственно, как и все мольбы сохранить ему жизнь услышанны не будут, — вынул я меч из ножен и указал им в сторону своего противника.
— Тогда, прошу вас подойти к центру. Готовы?
— Готов, — ответил я.
— Готов, — ответил Стрельский.
— Бой! — скомандовал распорядитель дуэли и граф начал обходить меня. По идее я должен был находиться к нему лицом и двигаться в противоположном направлении, но я решил посмотреть на что он способен, поэтому просто оставался на месте с опущенным вниз клинком.
Как я и ожидал, мой противник напал сзади. Он был очень быстр и практически бесшумен. Очень быстр он был, если сравнивать с человеческой скоростью даже под эликсирами. Похоже, что у него есть какой-то дар, а может он использует какой-то артефакт или эликсир, или всё вместе. Мне плевать. Скорость моего тела в разы превышает его скорость со всеми ускорителями вместе взятыми. И даже если ему скипидарчика в задницу налить, шансов победить меня у него не прибавится.
Развернувшись, я отразил смертельный удар. Точнее граф думал, что он смертельный. При этом мой разворот застал врасплох не только самого графа, но и всех, кто сейчас наблюдал за нашей дуэлью. Всех, кроме моих друзей и дедули. Они-то видели на что я способен.
Стрельский аж опешил от такого поворота событий, а я не стал нападать, хотя мог убить его, воспользовавшись этой заминкой. Но его замешательство длилось недолго, всего несколько мгновений, а затем он разорвал дистанцию.
