Чем ближе становился момент, окончания работ по созданию новой системы, тем больше нарастала в Михаиле Андреевиче внутренне напряжение. Любые внешние раздражители вызывали у него бурную реакцию. Он стал не выдержанным, особенно там, где ему можно было не сдерживаться – дома, с женой. Он почти перестал с ней разговаривать, и жена страдала. Она как-то затихла, перестала у него что-либо спрашивать, и он тоже ей ничего не хотел объяснять. Просто наступил в его жизни момент, когда на кон поставлено было все его благосостояние и благополучие его семьи. Он в разработку новой системы вложил такие огромные деньги, и сколько их еще придется вкладывать! Если он выиграет, то все окупится сторицей. Если же нет, то он останется банкротом. Если новая система окажется не той, что ему нужна или информация о ней попадет к конкурентам, то его ждет банкротство. Он старался гнать эти мысли и нехорошие предчувствия, которые его последнее время одолевали.
На работе он стал бывать намного меньше, только лишь часть дня. Там в принципе все было отлажено и шло своим чередом. Тем более благодаря усилиям Зои Павловны, улучшилась трудовая дисциплина, его предприятие работало четко. Харламов, Одинцов и другие менеджеры, наиболее близко к нему стоящие заметили эту перемену в поведении своего шефа, но объяснить ее не могли.
– Что-то с нашим шефом происходит, – завел разговор Харламов, когда они сидели после рабочего дня в узком кругу за бутылкой коньяка, закрывшись в одном из кабинетов
– Да, он еще недавно раньше всех приходил на работу и позже всех уходил, а сейчас где-то пропадает.– Подтвердил коллегу Одинцов.
– Может у него проблемы со здоровьем или в семье что-нибудь?– предположил одни из собутыльников.
– А может, у него краля объявилась?– спросил со смехом Харламов.
– Какая еще краля, вон его краля целый день торчит, никуда от нее не скроешься, – зло заметил еще один.
– Да нет, глупости все это, – сказал Одинцов.– Я за Зоей Павловной немного понаблюдал, у нее с шефом ничего нет и быть не может.
– Почему? – с раздражением спросил Харламов.
– Да потому, что у нее другой герой есть, – со смехом сказал Одинцов.
– Кто, мы его знаем?
– Ты точно знаешь, у тебя в отделе штаны протирает.
– Как, кто такой? Почему ты мне раньше не сказал?
– А почему я тебе должен говорить? Ты кто ей отец или он твой племянник? Хочется им быть вместе, на здоровье.
– А все же, кто это?
– Да твой переводчик, Мещерский, кажется.
Харламов неожиданно получил удар в сердце такой силы, которого он еще никогда не испытывал. Все его претензии и соперничество с Зоей Павловной вмиг, как растаяли. Осталась только жгучая мужская ревность. Он сам с растерянностью прислушивался к тому, что сейчас происходило в его душе.
Он поначалу был очень зол на Зою, ему казалось, что шеф из-за нее перестал с ним советоваться и доверять ему. Но, увидев, что и с Зоей тот не особенно считается, немного успокоился, хотя сама Зоя Павловна не переставала привлекать его внимание. Он, наблюдая за ней во время совещаний или в других местах, где их сталкивала рабочая необходимость, отмечал, как она привлекательна. Ему нравились ее сдержанность, строгость, недоступность. Он и в мужчинах и в женщинах ценил силу и характер, а этого в Зое Павловне было в достатке.
«Вот такую бы женщину, иметь союзником, а лучше любовницей. Нет, лучше всего женой», – такие мысли не раз уже приходили ему в голову. Он даже представлял Зою Павловну на своей кухне, в каком-нибудь милом халатике, и сердце его замирало. Теперь, когда он узнал, что у нее есть мужчина, притом из его подчиненных, да еще и этот хлюст рафинированный, гнев и ревность просто разрывали его на части. Стараясь не выдать своих эмоций, он спросил, – А где ты их видел, и почему ты решил, что между ними что-то есть?
– Недавно, ехал по улице вечером и стоял на светофоре. Они в это время мимо проходили. Вроде ничего особенного. Но знаешь, по лицам всегда видно, когда люди просто идут рядом, или когда они идут и никого вокруг не видят. У них как раз такие лица были. Я Зою даже не узнал. Она на работе совсем другая. Там она моложе лет на пятнадцать выглядела, и лицо просто светилось. Они красивая пара, так что если у них все серьезно, дай им бог.
– Да разве Зое такой щегол нужен? Ей нужен мужик, чтобы не слабее ее был. Он жидковат для нее.
– Ну конечно, ей нужен кто-то вроде тебя. Я заметил, как ты на нее смотришь? Чего же ты варежку раскрыл, почему вовремя не действовал?
– А я думаю, что у меня еще шанс есть.
– Нет, даже и не пытайся.
– А поспорим?
– На что?
– Я тебе свой внедорожник отдам, а ты чем расплатишься? – Спросил Харламов
– А я тебе оплачу круиз в любую точку планеты, куда захочешь.
– Идет, вы все свидетели.– Они ударили по рукам.
Никто особенно их спору значения не придал, чего не скажешь по пьянке. На другой день все, кроме самого Харламова и его оппонента, об этом споре забыли.
***
