– Да, знаю. Но предполагается, что ты приглашаешь домой людей и они сидят на другой мебели. То есть это так странно. У тебя нет кресла, но есть… – она указала на блестящую деревянную штуковину, собирающую пыль в углу, – это. Что это вообще такое?
– Стеллаж для журналов.
– На нем нет журналов.
– Да. Я не читаю журналы.
– То есть она забрала кресло, но оставила стеллаж для журналов.
– Типа того.
– Поверить не могу, – Кармен насмешливо покачала головой. – Ну, если тебе нужен был знак, что тебе лучше без нее, то вот он у тебя в углу, без журналов. Как ее звали?
– Рэйчел.
– И что случилось?
Фальк уткнулся в тарелку. Он нечасто позволял себе об этом задумываться. Если он и думал о ней, то в основном вспоминал ее улыбку. Какой она была, когда все еще только начиналось. Он подлил им вина.
– То же, что и обычно. Мы просто отдалились друг от друга. Она съехала. Это была моя вина.
– Да, в это поверить нетрудно. Твое здоровье, – она подняла бокал.
– Что, прости? – он почти засмеялся. – Мне кажется, ты не это должна говорить.
Кармен посмотрела на него.
– Извини. Но ты взрослый, ты сможешь это переварить. Я хочу сказать, ты хороший парень, Аарон. Ты умеешь слушать, ты беспокоишься о людях, пытаешься поступать правильно. Если ты довел ее до того, что она съехала, то это было нарочно.
Он хотел было возразить, но остановился. Может быть, она права?
– Она не сделала ничего плохого, – наконец сказал он. – Просто я не мог дать ей того, что ей хотелось.
– Чего, например?
– Она хотела, чтобы я меньше работал, больше разговаривал. Брал отгулы. Возможно, женился, не знаю. Хотела, чтобы я разобрался с отцом.
– Ты по ней скучаешь?
Он покачал головой.
– Больше нет, – честно ответил он. – Но иногда мне кажется, что я должен был ее послушать.
– Может быть, все еще можно наладить.
– С ней уже поздно. Она теперь замужем.
– Возможно, тебе пошло бы на пользу, если бы вы остались вместе, – сказала Кармен. Она протянула руку через стол и легонько коснулась его руки. Посмотрела ему в глаза. – Но я не стала бы слишком себя корить на твоем месте. Она тебе не подходила.
– Правда?
– Правда. Аарон Фальк, ты не тот человек, чья вторая половинка владеет стеллажом для журналов.
– Справедливости ради стоит сказать, что она его оставила.
Кармен засмеялась.
– И с тех пор больше никого не было?
Фальк ответил не сразу. Полгода назад, в его родном городе. Девушка, теперь уже женщина, из далекого прошлого.
– Недавно чуть не случился роман.
– Но не срослось?
– Она была… – он замялся. Гретчен. Что он мог о ней сказать? Ее светлые волосы и голубые глаза. Ее тайны. – Очень непростым человеком.
Он так глубоко погрузился в прошлое, что не сразу услышал жужжащий на столе мобильник. Не успел вовремя отреагировать, и, когда поднял его, тот уже стих.
В тот же миг настойчиво и пронзительно зазвенел телефон Кармен. Она полезла в сумку и вытащила его, как раз когда Фальк посмотрел, от кого был пропущенный вызов. Они подняли от экранов глаза, и их взгляды встретились.
– Сержант Кинг? – спросил он.
Она кивнула, нажимая на кнопку и поднося телефон к уху. Мелодия стихла, но Фальку казалось, что ее эхо все разносится по комнате, словно далекий, но настойчивый звон набата.
Слушая, Кармен нашла взглядом его глаза. Беззвучно произнесла:
– Они нашли хижину.
Фальк почувствовал прилив адреналина в груди.
– А Элис?
Она послушала. Резко мотнула головой.
«Нет».
Дождь начался и быстро усилился, затмив звезды и превратив костер в дымящуюся кучку пепла. Женщины отступили в хижину, где нашли рюкзаки с вещами, и каждая отделила свою маленькую территорию. Помещение казалось слишком тесным из-за стучащего по крыше дождя, и Джилл чувствовала, что возникший вокруг костра дух товарищества улетучился вместе с дымом.
Она дрожала. Она не знала, что хуже: темнота или холод. Снаружи что-то громко щелкнуло, и она подскочила. Темнота хуже, немедленно решила она. Похоже, не ей одной пришла в голову эта мысль, потому что кто-то шевельнулся и зажегся фонарик. Он лежал на полу хижины, освещая потревоженную пыль. Мигнул.
– Нам лучше поберечь батарейку, – сказала Элис.
Никто не шелохнулся. С возгласом раздражения Элис потянулась вперед.
– Нужно беречь батарейку.
Раздался щелчок. Наступила темнота.
– Телефон что-нибудь показывает? – спросила Джилл.
Послышался шорох, затем вспыхнул квадратик света. Джилл затаила дыхание.
– Нет.
– Сколько заряда осталось?
– Пятнадцать процентов.
– Выключи.
Свет погас.
– Может быть, что-нибудь появится, когда дождь перестанет.
Джилл понятия не имела, как влияет погода на связь, но предположение вселило в нее надежду. Может быть, когда дождь закончится. Да, ей хотелось в это верить.
На другой стороне хижины снова зажегся свет. На этот раз он был сильнее, и Джилл узнала промышленный фонарь Бет.
– Ты глухая? – спросила Элис. – Нужно беречь фонари.
– Почему? – долетел из темного угла голос Бет. – Завтра нас будут искать. Это наша последняя ночь.
Со стороны Элис раздался смех.
