Да-а… любой нейрохирург, не думая, заложит душу за возможность работы через Симбионта. Биосканеры, микроскопы, диагностические комплексы — всё это и многое другое включала в себя скромная чёрная слизь. А «интерфейс» был дружелюбнее некуда — стоило мне только пожелать узнать, как работает, допустим, печень носителя, как я тут же получал не только исчерпывающий ответ по работе, строению и состоянию органа, но и несколько вариантов улучшений и оптимизации, а если было желание, то и возможность реализации каких-то своих идей, хотя последнее я понял как-то смутно и решил пока с этим не экспериментировать. Попутно попытался было разобраться в структуре самого Симбионта, но тут меня ждал полный облом — то ли не хватало знаний правильно оформить своё желание, то ли он не был рассчитан на анализ самого себя, но итог был один — ничего я так и не узнал, пичалька.
Зато по бродяге накопать удалось целую кучу информации, фактически я узнал о нём всё — кем он был, как он жил, его новое физическое состояние, ну и пожалуй самое главное — информацию о мире моего попаданства. Мир этот был в высшей степени интересным и очень, очень ценным относительно сбора генетической информации — у них тут различные мутанты были почти нормой жизни, в городе ходили слухи о вампирах и оборотнях, а местные представители низших слоёв населения опасались ходить по определённым районам, боясь поучаствовать в подпольных экспериментах сильных мира сего. В общем, очень милый мирок, правда в других странах дела могут обстоять иначе, но носитель не интересовался геополитикой и общей обстановкой в мире (угу, почему это интересно?).
Пока я занимался самокопанием (в прямом смысле слова), мой немытый друг устроился на подстилке в углу подвала и самозабвенно храпел, просматривая уже десятый сон (судя по излучениям мозга — только восьмой!).
Хм, думаю может сработать… нет, обязано сработать! Я уже несколько часов наблюдал за сном моего носителя, когда мне в голову пришла очень интересная мысль. Спящим телом я управлять могу (немного поэкспериментировал, пока изучал доставшуюся тушку), так почему бы мне не попытаться постоянно удерживать носителя в состоянии сна? И ему хорошо, и мне не мешает. Угу, сказать было куда проще чем сделать, да, я мог снимать с него показания, мог изменять его органы, но всё-таки изменять в конечных пределах (надеюсь, что только пока), попробуйте на досуге из кубиков 'О' 'П' 'А' 'Ж' сложить слово «счастье» или сделать операцию на сердце при помощи ложки и справочника «медицина для чайников» и сразу поймёте с чем я столкнулся. Но проблему нужно было как-то решать — быть придатком к опустившему бомжу и спасать его от цирроза совсем не входило в мои планы. Следовательно, хоть с ломом и такой-то матерью, хоть с плясками под бубен, но мне нужно было надёжно отстранить его разум от управления телом. Понятно, что проще сказать, чем сделать, но ничего не делать и ждать пока он проснётся — тем более результата не даст, а потому, хоть ложкой и справочником, хоть топором, а будем пробовать. Надеюсь, он не загнётся в процессе, а то подниматься по лестнице в форме лужи снова, а потом ползать под дождём в поисках новой жертвы ну совсем неохота…
Да! Я сделал это! У меня получилось (опустим с какой попытки и сколько раз несчастному Симбионту пришлось вытаскивать носителя с того света из-за криворукости его «вселившегося» сознания)!
— Сладких снов, бродяга, спи крепко, — проговорил человек на вонючей подстилке и слегка поморщился от звука собственного голоса — сиплого и прокуренного.
Полдела сделано, теперь я получил своё тело, что, конечно, просто замечательно, но вот вид этого тела меня не устраивал категорически, впрочем, для существа, способного почти мгновенно заращивать повреждения носителя, изменять его генетическую структуру и просто отращивать дополнительные органы изменить внешность проблемы не составляло… равно как и вырастить нормальную одежду. Из доставшейся мне чужой памяти не сложно было выловить, как это делать.
Добыв кусочек мыла из кармана обносков (он там лежал рядом с мотком верёвки, что наводило на определённые мысли) и скинув на пол всю одежду я отправился отмываться под струями всё ещё накрапывающего дождя.
