Бр-р-р-р… Холодный дождь сильно проигрывал горячему душу по всем статьям, но вымыться всё-таки удалось. А теперь займёмся телом. Рост в метр восемьдесят пять меня вполне устраивал, примерно соответствуя моему прошлому телу, но вот всё остальное… Впрочем, за время работы та автоматически срабатывающая часть Симбионта, его инстинкты, полагаю, уже сгенерировала мне на выбор модели тел, которые можно слепить из этого образца с минимумом потерь, мне оставалось только выбрать и разобраться с лицом. Старое и пропитое меня совсем не устраивало, так что матрицу изменений следовало подправить на что-то более молодое и здоровое. Странно, почему Симбионт не поступал похожим образом раньше? Хотя, чем больше я пытаюсь понять, что же он такое, тем больше прихожу к выводу — что это какое-то хитрое биологическое оружие неизвестной расы, уж больно некоторые моменты его поведения напоминают чёткий алгоритм, что повторяется вновь и вновь. Наконец, ощутив, что лицо закончило преображаться, я вырастил себе штаны и ботинки, причём хоть они и состояли из моих же клеток Симбионта, но именно в такой форме и конфигурации не имели вообще никаких проблем с вкусовыми рецепторами, отключив все не нужные чувства естественно и легко, как по забитому рефлексу. Что опять возвращало меня к мыслям о неестественной природе Симбионта, всё же я реально старался добиться того же результата, пока лез наверх по лестнице. Со всей душой старался. Однако без толку. А вот здесь… даже не задумался, как сделал. Точнее это сделали сами клетки. Тем же автоматическим механизмом, что помогал мне изучать тело. И это было явно не нормально.
Тем не менее, это был явно не тот момент, на который стоит жаловаться — буквально облизывать землю при каждом шаге было явно не тем, чего я бы хотел от жизни. Одним словом, получилось — и замечательно. А вот чтобы понять, что конкретно получилось, я заглянул в ближайшую лужу. Изображение меня порадовало, и кого-то очень сильно напоминало, но всё-таки чего-то ещё не хватало, слегка усмехнувшись, я изменил пигментацию кожи чуть ниже левого плеча — вот теперь полный порядок. Закончив образ выращиванием чёрной водолазки и такого же цвета тяжёлого пальто, я вдохнул воздух полной грудью и сделал первый шаг теперь уже полностью своего тела в этот новый мир — первый пункт был выполнен, причём весьма быстро, что не могло не радовать.
Старинное славянское приветствие.
Первый шаг чуть было не закончился первым падением. Данный аспект вызвал у меня некоторое недоумение — с чего бы вдруг? А потом до меня дошло: пока я пользовался телом в «базовой комплектации» мышечная память и вестибулярный аппарат носителя, заточенные под определённое положение центра тяжести позволяли мне нормально передвигаться и ориентироваться в пространстве, но потом один не в меру инициативный попаданец решил «прокачать» тушку, попутно изменив это самое положение и теперь расхлебывает результаты своих трудов. А результаты были не сильно приятными — придётся не просто заново учиться ходить, нет, всё куда как хуже — придётся переучиваться! И ладно бы на этом мои проблемы закончились, но нет! Хотелось есть, нет, хотелось ЖРАТЬ, ХАВАТЬ, УНИЧТОЖАТЬ ПИЩУ. Но самым паршивым в этой ситуации было то, что еды требовало не только моё новое тело, но и я сам был страшно голоден.
А теперь вопрос на миллион: чем питаются столетиями скитающиеся по глубокому космосу комочки непойми чего, именуемые у нас Симбионтами? И-и-и-и… ну же, ваши варианты? Молчите? Вот и я не знаю. А если не узнаю в ближайшем будущем, то этот мир имеет все шансы так и не дождаться своего повелителя. (Чему он, конечно же, сильно огорчится). И почему я не подумал о таком очевидном варианте как то, что замученный долгим перелётом, а потом и выходками Паркера, Веном несколько не в форме? А-а-а, что толку в сожалениях, как поговаривал один некромант с нездоровым чувством юмора — знал бы где навернусь — поставил бы там зомби с носилками.
Ладно, поубиваюсь по поводу несовершенства мира и принципа мгновенной кармы (не подумал — огрёб) как-нибудь в другой раз, а сейчас мне нужно добраться до людей и раздобыть еды хотя бы для одного из моих тел. И стиснув зубы, мысленно уговаривая бунтующий желудок немного потерпеть, я походкой славного потомка кочевников, что стал матёрым морским волком и годами не покидал палубу корабля, направился в сторону ближайшей улицы.
