У меня вырвался нервный смешок. Я никогда не расспрашивала о принимаемых мерах безопасности, а заветную черную коробочку, которую очень давно демонстрировал мне Франциско, и вовсе не видела с тех самых пор, как стала симбионтом. Она представлялась мне бесконечно неуловимой: я знала, что хотя бы один человек обязательно не спит ночью, пока другие отдыхают, что хранители меняются, и каждый из них сам решает, где прятать камень, а значит, он постоянно перемещается. Худший из раскладов предполагал, что Питер, обнаружив убежище Бенедикта, нападет в окружении нескольких верных ему симбионтов и попытается переловить всех нас, чтобы впоследствии допросить по поводу камня под пытками; одним словом, что он выступит в открытую. Однако ночью все было тихо. Как же его умудрились потерять посреди этой спокойной тишины?
- Снотворное, - поморщился Франциско. – То-то я прямо в гостиной отключился.
- Бен, ты же понимаешь, что один из нас подмешал его! – воскликнул Дакота, делаясь совсем уж багровым.
- Очевидно, кто это сделал, - зловеще объявил Себастьян. – Андреа весь день со мной провела, у нее алиби. Гвинет! Только ты, мерзавка, могла!
- Я?! Да я понятия не имела, где ваш проклятый камень!
- Она-она, - мгновенно встал на сторону товарища Дакота. – Вечером Николь привезла сок, и именно она разливала по стаканам!
- Да как вы смеете! – взвизгнула Гвинет. – Торчу здесь с вами, когда могла бы отрываться по полной, пытаюсь хоть чем-то помочь, и вот она, благодарность!
- Пожалуйста, не кричите, - устало провозгласил Бенедикт. – Сейчас нужно действовать согласно последним указаниям Люка.
За его плечом снова сдавленно всхлипнула Николь, и Гвинет бросилась ее успокаивать, смерив напоследок Дакоту ненавидящим взглядом. На меня же навалилось уже почти привычное ощущение абсолютной неизвестности, когда прописные истины разбиваются и появляются мрачные мысли, что теперь твоя жизнь принадлежит отнюдь не тебе. Ведь сохранение камня в руках Бенедикта было постулатом, как и то, что человек не может летать на крыльях, и его потеря была сродни образованию симбиоза: так же неожиданно, так же немыслимо и недопустимо. За последние полгода я слишком часто окуналась в это чувство неизведанности: после знакомства с Франциско, после образования симбиоза, после задержания в кафе…
У меня вдруг сильно засосало под ложечкой. Я посмотрела на Франциско и парящего за его плечом миниатюрного Манту. Снотворное, значит?
- Какие указания, Бен?! – завопил Себастьян. – Среди нас предатель! Пока мы не вычислим его, не сдвинемся с мертвой точки!
- Я разберусь. Сейчас важно не терять время. Мне предстоит встретиться с Джованни. Он – директор ФБР, и ему нужно знать, что камень потерян. Я попытаюсь с ним договориться.
- Бессчетное количество раз пытался!
- И еще столько же буду пытаться, - отрезал Бенедикт. – Кто-нибудь один отправится в Финикс. Если информация по поводу телецентра была верной, Питер появится там.
- Он избрал бы другую цель после того, как раскрыл Люка, - возразил Франциско.
- С чего вы вообще взяли, что его раскрыли?
- Он… оставил код… - еле слышно выдавила Николь.
- Идем. Хочу у тебя кое-что уточнить, - ласково обратился к ней Бенедикт, и она послушно встала, несколько приободренная его участием. – Себастьян, Дакота. Не буду навязывать вам свою точку зрения, но Гвинет и впрямь навряд ли отыскала бы камень. Я был его хранителем в эту ночь. Догадаться, где он находился, плохо зная потайные места моего дома, не смог бы никто, а она, если вы помните, у меня в гостях впервые. В последний раз мы останавливались здесь больше пяти лет назад.
Когда они с Николь исчезли на лестнице, Себастьян и Дакота с ужасом переглянулись. Я прекрасно понимала, о чем подумал каждый из них. Теперь они были вынуждены подозревать друг друга, а ведь так хотели излить злобу на относительно новенькую и малосимпатичную им девчонку. Наверное, они так же дружно бросились бы обвинять и меня, если бы не мой своевременный отъезд.
- На минутку, - я поймала Франциско за руку и вывела в коридор. – Ты сделал это, да?
Его пепельные глаза сперва распахнулись от удивления, а затем холодно прищурились.
- Мне казалось, мы уладили все проблемы с доверием. Откуда такие подозрения?
- Доверие здесь ни при чем! Манту определил снотворное в твоем стакане в кафе, когда агенты ФБР пытались устроить облаву. Он предупредил тебя тогда, почему не предупредил сейчас?
- Он же не сторожевой пес, - закатил глаза Франциско. – Заметил – сказал, но он не следит за тем, что я ем и пью, постоянно.
- Ты намеренно утаил от Бенедикта способ, как вернуть камень в Инкхигхаим.
- Да, мы это уже обсуждали…
- И именно ты хотел, чтобы людям стало известно о симбионтах! – оборвала его я, срываясь с шепота на громкий голос.
- Я не крал камень, Андреа. Верить или нет – решать тебе, - он красноречиво развел руками и отвернулся, чтобы прошествовать обратно в гостиную.
