— Павел Петрович, устал я от государственных забот. Позвольте себе другое место под солнцем найти.
— А как же договор с Португалией, ротация голландского корпуса, да и другие планы?
— Всю документацию я оставил Константину, теперь он всеми делами будет заниматься.
— Не понимаю, а причём здесь Константин?
— Так государыня-императрица именно его посчитала нужным вознаградить за все мои заслуги.
Обычный пример класса "детский сад, штаны на лямках". Вроде взрослый человек, а дуется на мелочь. Сейчас стандартно последует:
— Смены нет, но мы-то есть! — или
— Не бери в голову, важно что мы знаем, какой ты полезный, а почётную грамоту пусть забираеы бесчестный человек! — а то и
— Где же твоя рабочая гордость? Плюнь и разотри!
Нет, я ошибся. Реальность оказалась без выкрутасов (на что, честно говоря, я и рассчитывал, только повод никак не подворачивался).
— Ну, что же, Симеон, ты заслужил отдых. Езжай куда считаешь нужным, а мы сами займёмся делами.
Костя, как положено верному принцу, принёс все бумаги Екатерине и даже передал то, что я его уполномочил сказать. Ошарашенная императрица тут же прихватила Дашкову и отправилась к Павлу Первому.
— Что делать? Симеон оставил свои записи, рекомендации и собирается сбежать куда-то со своей эскадрой.
— Видимо он наконец-то понял что взял гуж не по плечу. Или вы ему что-то сказали не то, вот он и обиделся. Впрочем это и к лучшему.
— Ничего я ему не говорила, — возмутилась государыня, — Просто сказала, чтобы передал титул короля Алгарве нашему Константину и даже разрешила вести там хозяйственную деятельность, как считает нужным.
— Сами со всем справимся, без него. Не переживайте, я разберусь с бумагами. Даже удобно получилось, а то я одну реформу хочу провести, а он, как обычно, спорить начнёт. А мне это уже изрядно надоело. Всё-таки я российский император и мне виднее как страной управлять.
Вот тебе, бабушка, и тишь, гладь, да божья благодать, мать-перемать! С другой стороны именно сейчас нужно изобразить раскол в благородном семействе, чтобы избежать возможных последствий грядущей Павловской реформы (я не о горбачёвских временах, ежели что).
Заговоров пока не следует опасаться, так как охрану дворца несут "симеоновцы", а Личный Эскорт императора состоит из гатчинцев. Зато толпы ябедчиков потопают именно ко мне, "чтобы заступился". Так как одна из статей Манифеста об ограничении дворянских привилегий запреащает дворянам жаловаться в Сенат или иные государственные организации.
Впрочем основные дела пошли своим запланированным ходом. Из Голландии начали выводить 30 тысяч солдат, прослуживших достаточно долго, но ещё не набравших 15-летнюю выслугу. Их переводили в Мемельскую губернию в заранее подготовленые места для несения службы. Две тысячи (вместе с прибывшими из России работниками и торговцами) отбыли в сверхдальнее плавание на остров Цейлон. Наконец-то дошли руки сделать это голландское владение по-своему русским. Ещё три тысячи военных (с прибывшими государевыми крестьянами) помогут голландцам в деле развития Капской колонии. На их места прислали тридцать пять тысяч рекрутированных новобранцев. Часть гладкостволов для прибывающих будет изготовлена голландскими оружейниками. Всё-таки они хорошие ответственные мастера так чего не использовать их умения?
Переговоры с португальским двором начали затягиваться. Я тут не при чём, просто Павел слишком занят тем, чтобы лишить дворян бакенбардов и ввести 20-рублёвый налог на каждую "душу", принадлежащую помещикам. Попытка переложить задачу согласования с Лиссабоном на одного из ближников тут же привела к тому, что процесс остановился и португальские полпреды отбыли на родину "для консультаций".
— Может Симеона отозвать? — предложила Екатерина.
— Тогда нужно будет именно ему королевский титул передать, а не Константину.
— Нет, Павел, я уже так решила и менять решения не буду, — упёрлась императрица.
Ей видимо очень важно посадить Костика на престол. Если уж не на российский, то хоть на какой-нибудь. Вот и пусть вредничает, а я пока всякой фигнёй буду маяться. Тут, намедни, персы разбуянились, сменив династию. Теперь на Кавказ собираются лезть, чтобы его покорить.
— Семён Афанасьевич, ну зачем вам восточные проблемы? — заинтересовался Храповицкий под чьим крылом я пристроился.
— Александр Васильевич, сейчас турки задёргаются, считая что персы и им собираются угрожать. Мало того, Кутузов собирается 25-тысячный корпус вести в Оренбург. Обоз сформирован, а по дороге к нему присоединится Платов с 20-тысячным отрядом казаков.
— Так они же не в Турцию идут и не на Кавказ.
— А вы на карту посмотрите, дорогой мой, и увидите на что сей поход похож.
Действительно маршрут подозрительно выглядит. Представляю, как нашему канцлеру придётся изворачиваться перед послами. Но задача поставлена и её необхпдимо будет выполнить. Следующей весной сводный отряд выступит в сторону Туркестана.
С португальцами я особо тоже не спешу и титул здесь не при чём. И них есть очень важная для меня колония.
