Затренькал телефон. Вылезла из ванной, накинула полотенце, взяла мобильный со старенькой стиральной машины. Это звонил Вазгеныч. Марта сбросила вызов. Телефон продолжал настойчиво звонить, отклонила вызов еще раз. Пришло смс с текстом: "Не отработала ты, отработает твоя дочь."
Мобильный выпал из рук и, пикнув повторно, вывел Марту из оцепенения. Она выскочила из ванной и принялась лихорадочно собирать вещи в спортивную сумку. «Самое необходимое», – проговаривала вслух. Достала с антресоли коробку из-под конфет, набитую купюрами, документы, покидала в сумку спортивную одежду. Натянула джинсы, футболку, собрала волосы в конский хвост, задержалась перед выходом. «Не время печалиться», – подбодрила себя Марта и, выйдя, захлопнула дверь.
На площадке возле дома подростки играли в волейбол через натянутую веревку, увешанную выцветшим постельным бельем и огромными женскими трусами. С балкона вопила баба Настя на разгулявшуюся детвору. За площадкой возле забора дома престарелых стояла облезлая шестерка жигули. Воронцова закинула на заднее сиденье сумку, с третьей прокрутки ключа завела мотор и выехала со двора.
Жигули ехала по частному сектору на Зеленой. Старенькие одноэтажные домики стояли в четыре шеренги прямо рядом с центром города. Но никто их и не собирался сносить, город маленький, строился вширь. Марта свернула на Липовый переулок. Жигуленок бороздил брюхом ямы грунтовки.
Впереди кучковались люди вокруг полицейского автомобиля. Не доезжая до толпы, Воронцова припарковала машину, вышла и направилась к дому Шаповаловых.
Габаритная тетка, качая головой, шла навстречу. Марта обратилась к ней:
– Что там?
– У Шаповаловых дочь пропала, – ответила женщина.
– Какая дочь? Герда? – по лицу Марты пробежала судорога.
– Так у них одна только дочь. Она самая.
– Когда пропала?
– Вчера домой с танцев не вернулась.
У Марты задрожал подбородок.
– А вы кем будете? Родственница, чтоль? – спросила тетка.
Воронцова кивнула, развернулась и спешно направилась к машине.
– Эй, женщина, постойте! – донесся окрик. Марта не обернулась.
– Женщина, стойте, говорю! – ее нагонял коротышка-полицейский, перебирая изогнутыми по-кавалеристски ножками.
– А? – Марта не могла справиться с растерянностью.
– Старший лейтенант Свиридов, – представился он, акцентируя внимание на слове «старший». – Вы здесь проживаете?
– Нет.
– По какому поводу здесь оказались?
– Я… Мимо проезжала.
Полицейский с недоверием посмотрел на Марту.
– Документы при себе имеются?
Достала из заднего кармана портмоне, показала права.
– Воронцова Марта Игоревна, – прочитал лейтенант, – вы являетесь генетической матерью Шаповалой Герды?
– Да.
– Вовремя мимо проезжали, Марта Игоревна. У майора Швецова как раз к вам вопросы имеются. Проедем в отделение.
В кабинете дежурной части за спиной майора распростёрлась в полстены карта города с цветными подписанными стикерами, среди которых Марта заметила и стикер на Липовом переулке. Короткостриженый с проплешиной Швецов, назойливо раскачивался во вращающемся потертом кресле, опрашивая Марту:
– Есть свидетельские показания соседей Шаповаловых. Они утверждают, что частенько видели ваш автомобиль. Вы останавливались неподалеку от дома четырнадцать на Липовом переулке. Что вы там делали?
– Я приезжала посмотреть на дочь.
– Вы сдали ее в приемную семью, – Швецов взял паузу и заглянул в протокол, – чего вдруг через тринадцать лет любовь проснулась?
– Тогда я не могла оставить ее у себя.
– Вы следили за Гердой Шаповаловой? – въедливо возвращался к изначальному вопросу майор.
– Я же говорю, просто приезжала посмотреть на нее, – Марта говорила нарочито твердо, боясь проболтаться.
– Вы единственный человек из окружения – у кого есть мотив к похищению, – Швецов повысил голос, Марта вздрогнула.
– Не единственный.... В сети магазинов "Березка" хозяин Авакян Гурген Вазгенович. Он грозился надругаться над моей дочерью.
– Когда это было?
…
Вазгеныча вскоре привезли в отделение, Швецов говорил с ним строго, но уважительно. На поставленный вопрос толстяк не торопился с ответом. Тщательно вытер пот на жирном лице салфетками, попил воды, удобно уселся, откинувшись в кресле и положив ногу на ногу.
– С семи до двенадцати я в сауне в друзьями мылся. Они подтвердят, – крылся Гурген.
– Какой сауне?
– На станкостроительном.
– А что за угрозы слали гражданке Воронцовой?
– Так она денег должна много. Я вобще понятия не имею, что у нее за дочь. Марта сама как-то рассказывала о ней. Дай думаю, припугну, чтобы не кинула меня, – нависла пауза. – Не верите?
– Вазгеныч, не верующие мы. Алиби проверим, с друзьями пообщаемся, – изобразил строгость Швецов.
– Вы их там не больно донимайте, уважаемые люди, – начал было Гурген.
– Разберемся, – прервал полицейский.
– Слушай, а как салями-то? Понравилась? – перескочил с темы Вазгеныч.
– Шеф хвалил, – смягчился майор.
– Так я еще передам. Арарат коллекционный пришел. Для хороших людей ничего не жалко!
– Телефоны друзей, с кем мылся, Свиридову скинь, – вернулся к деловому тону Швецов.
