В тот период любые книги, за исключением самых дешевых, были для меня недоступны. Но, к счастью, у меня была возможность компенсировать их отсутствие частыми посещениями Британского музея. Затем обстоятельства сложились так, что я оказался отрезанным от библиотек и не мог больше доставать необходимые мне книги. Тем не менее до войны я собрал много материала, и теперь оставалось только приложить необходимые усилия для того, чтобы упорядочить его и придать ему форму. Многие задачи, возложенные на меня войной, не позволяли уделять внимание музе истории. Следующий период был необходим для того, чтобы оправиться от напряжения, и только в 1921 году я почувствовал, что могу возобновить свои занятия. У меня была возможность доставать почти все нужные книги, поэтому я, в меру своих сил, работал с оригинальными источниками. Теперь я отважился представить Университету, в котором учился, маленькое доказательство моих интересов в области истории, которое, к сожалению, заняло лишь очень скромное место в программе исследований тридцатилетней давности.
С моей стороны будет справедливо признать помощь, оказанную двумя моими друзьями, мистером Э. Дж. Фин-чем, магистром искусств, и мистером X. Дж. Стедом, магистром естественных наук, прочитавшими рукопись и сделавшими много предположений, которые пусть и не повлияли на основную часть моей работы, но избавили ее от многих маленьких недостатков и неточностей.
Поступки человека и его внутренняя сущность во многом зависят от основополагающих принципов, присущих его эпохе и поколению. Из этого следует, что прежде чем мы сможем понять историю Средневековья, необходимо хотя бы частично иметь представление о тех основах, на которых покоилась средневековая цивилизация.
Видимый мир был создан единым Творцом, который подобно ткачу сплел на своем станке разноцветный узор действий и взаимодействий, из которых слагается человеческая жизнь. Все люди составляли единое целое, поскольку вели свое начало от одного Создателя. Невидимый мир вокруг них был населен добрыми и злыми духами, принимавшими активное участие в их жизни. Религия стала главной заботой человека, а в мире мыслей царила теология; но она была всеобъемлющей. Теология не только обсуждала отношения между Богом и человеком, она также не упускала из виду политику, философию и образование. Главным представителем Бога был Папа, земной глава Святой Римской Церкви. Но поскольку человек состоит из тела и из духа, то были нужны два правителя, которые должны быть одинаково универсальны и могущественны. Если Господь является властителем земли и небес, то на земле Ему нужны два представителя, Папа и император. Следовательно, Священная Римская Империя являлась эквивалентом Святой Римской Церкви и включала в себя те же черты и особенности, но в другом ракурсе. Если бы оба главы работали вместе, не было бы никакой необходимости менять эту теорию. Но все сложилось иначе. Из положения, что духовное превыше светского, следовало то, что Папа превосходит императора. Эта теория подтверждалась параллелями из окружающего мира: солнце больше, чем луна, а значит и Римский Папа главнее императора.
Начало тринадцатого столетия застало на престоле Св. Петра Иннокентия III, который провозгласил себя главой не только Вселенской Церкви, но и всего мира. Вместо звания наместника Св. Петра он принял титул наместника Христа1. Это заявление не ограничилось словами. Когда Педро II Арагонский короновался в Риме в 1204 году, он принес Папе оммаж, как вассал и данник Св. Петра2. Этот Папа наложил интердикт на Францию и Англию, заставив короля Франции помириться со своей женой, отлучил от Церкви английского короля и передал его королевство сыну французского монарха3. После того как он добился повиновения Иоанна, который уступил свою корону папскому легату, тот получил ее назад, но уже как вассал Папы4. Затем Папа направил свой курс против баронов и запретил Филиппу Французскому позволять своему сыну досаждать королю Англии5. Возможно, все тот же Папа, чей властный голос достиг даже удаленных уголков Европы, сумел найти время и записать гимны: «Снизойди, Святой Дух, снизойди» и «У креста она продолжает стоять»6. Порой действия людей сочетаются весьма причудливым образом.
