Рукопись, которую Симоне надо было отредактировать к концу месяца, уже целых два часа лежала открытой на двадцать девятой странице. Работа не шла. Всякий раз что-то отвлекало ее, и она с готовностью позволяла себе отвлечься. – то подошла к окну посмотреть, что за шум на улице; то решила сначала попить чаю с ванильным сухариком, а потом уже сесть и окунуться в работу; то ей показалось, что скрипнула входная дверь. Пошла проверять. Дверь была закрыта, но в коридоре на комоде она обнаружила целую стопку неразобранных бумаг – рекламных буклетиков и конвертов.
– Нет, в самом деле, – уже вслух говорила Симона. – Что происходит? Почему надо каждый день посещать какие-то выставки, музеи и все такое? Почему нельзя когда-то посидеть спокойно дома? Дома тоже есть дела, между прочим. И где это написано, что везде надо появляться с этим мальчишкой? Она забывает, сколько ей лет! Ей пятьдесят три года! Скоро все будут смеяться, что она всегда таскает за собой двадцатилетнего парня. Тоже мне. Сыночек!
Тут Симона немного опомнилась. «Может, и вправду, она к нему как к сыну относится. Ведь у нее нет детей. Тогда еще как-то понятно». Но через минуту раздражение опять взяло вверх.
«Но он же не сирота. В конце концов, у него родители. Семья, дом. Даже неудобно перед родителями. Ей бы надо с ними познакомиться, поговорить, объяснить. Что, мол, у вас способный сын. Я хочу ему помочь. Развить эти способности. А то она его взяла в оборот. Парень минуты свободной не имеет. Он же молодой. Ему, может, спортом охота заняться. С девочкой погулять. А он должен при Грете состоять. Тоже мне, королева нашлась».
Симона замолчала и в ту же минуту поняла, что дом ожил. Из коридора проникал свет и доносились оживленные голоса и смех. Галя и Грета.
Она вышла в коридор.
– Пришли, наконец?
– Пришли, пришли. А ты с кем?
– Я ни с кем. Одна.
– А мне показалось, что ты с кем-то разговариваешь.
– С кем я могу разговаривать?
– Ну, Симона. Я не знаю. Мало ли с кем. Может, по телефону.
– Да, я разговаривала по телефону.
– А кто звонил?
– Какая разница!
Грета и Галя переглянулись.
– Мам, что-нибудь случилось? – осторожно спросила Галя.
– Нет, ничего не случилось. Все абсолютно в порядке.
– А почему ты такая…
– Какая?
– Ну, не знаю. Вздрюченная.
– Какая я?!
– Симона, скажи, что не так? – вступила Грета. – Тебя что-то вывело из колеи?
– Нет. Просто вместо того, чтобы мне спокойно работать, я должна нервничать, что вы где-то допоздна пропадаете…
– Мам, сейчас еще девяти нет…
– Все равно. Позвонить и сказать – я там-то и там-то, это что, большой труд?
– Но я тебе звонила…
– Это было в два часа дня. А сейчас…
– А я должна каждые полчаса отмечаться? Ты можешь, кстати, сама мне позвонить, если тебе неспокойно.
– Я никогда не знаю, где ты и с кем. Вдруг я тебе помешаю.
– Мам, что за чепуха!
– Галя!
