Сосед шёл немного впереди, а я плелся за ним, пытаясь понять, зачем я иду следом?! Кто этот человек? Он говорил такие простые истины, но вместе с тем заставлял меня чувствовать что-то странное. Билл спокойный и уверенный в себе человек, явно при своём мнении. Почему-то он никак не реагировал на то, что я питал чувства к людям своего пола. Почему?! Может, он тоже того... А что? Выглядит неформально, весь такой красивый, ухоженный. Гей?! Может, Боня не ошибалась? Я шёл и смотрел на его задницу, обтянутую джинсой. Он точно ею вилял, но делал это естественно, красиво. Так, стоп, если он гей и знал о том, что я тоже... Для чего он пригласил меня к себе?
Я чуть не задохнулся от осознания... Неужели он хотел заняться сексом? Так, главное без паники...
– Проходи... – мы вошли в его квартиру. На лестнице я несколько мгновений пялился в дверь собственной квартиры, боясь, что сейчас выйдет отец или мать. Но этого не случилось, и мы прошли в тёплое помещение, где Билл поспешил включить свет и предложил мне тапочки.
– Спасибо... – я не совсем понимал, что я там делал, и даже подумывал о том, что наверно мне не стоило пользоваться приглашением.
– Выпить хочешь?
– Было бы неплохо, – я чувствовал невероятное напряжение и скованность, может, алкоголь избавил бы меня от этого. Билл внимательно разглядывал меня несколько долгих мгновений, а я молчал, позволяя ему это. Затем он скрылся в соседней комнате – кухне. Я вздохнул, переводя дыхание, и прошел следом.
Билл крутился у шкафчиков, на плите грелся чайник. Я был несколько раз в гостях у Лидии, поэтому обстановка в её квартире не была для меня новой. И вообще я думал, что он предложил мне алкоголь, только на стол передо мной Билл поставил большую чашку с какими-то травами на дне.
– Чай? – удивился я.
– Я не пью спиртных напитков. У Лидии, конечно, есть виски, но тебе сейчас алкоголь не поможет.
– С чего ты это взял?
– Ты расстроен, а когда выпьешь, то или станешь чересчур агрессивным, или начнешь ныть о несправедливости мира, а на утро будешь жалеть о случившейся ночи...
– Ночи? – у меня дыхание оборвалась. Билл рассмеялся, садясь на стул по другую сторону стола.
– Том, а ты вообще уверен, что ты по мальчикам?
– Не уверен, – буркнул я, смущаясь под его насмешливым взглядом.
– Ну, быть может, это просто помутнение? С девушками ведь что-то было...
– Ну, было, только дело не в этом... Я влюбился... – замолчал. Могу ли я ему рассказывать? Незнакомому человеку...
– В Марка?
– Да, только я не думал, что между нами что-то может получиться.
– Бережно хранил в себе любовь?
– Видимо, не очень бережно, раз она стала достоянием всего двора.
– Дело немного в другом: ты просто не смог удержать чувства в себе... Настоящую любовь трудно скрыть или спрятать. Можно бережно хранить, но не суметь сдержаться в один единственный момент и всё...
– Да, ты прав, – свисток оповестил о том, что чайник вскипел. Билл неспеша поднялся из-за стола. Он налил кипяток в обе чашки, после чего вновь уселся на своё место.
– Что это за чай?! – удивился я. Никогда не пил ничего подобного. Вкус у напитка был приятным, долгоиграющим, а его жар расходился по всему телу, постепенно успокаивая.
– Это несколько китайских трав, настоящий напиток богов, так говорил один мой друг. Я иногда очень нервным и вспыльчивым становлюсь, вот и приходится временами баловаться этим чаем.
– А я думал, что это обычная ромашка... – хмыкнул я.
– Брось ты, у ромашки вкус другой, ты никогда не пробовал, что ли?
– Да, если честно, я не верю во все эти целебные свойства трав.
– Ну, и зря, – улыбнулся мне Билл. – Лучше любого алкоголя будет...
– А почему ты алкоголь не пьешь?
– Потому что вредно, – поучительным тоном проговорил он, – да и радости я от него никакой не испытываю, если честно.
– А мы с друзьями любили по бутылочке пива выпить, когда по вечерам собирались...
– Ерунда, лучше киношку интересную дома посмотреть да погрызть чего-нибудь вредного. Ты, кстати, кушать не хочешь?
– Есть немного, – пожал я плечами.
– Вот давай закажем какой-нибудь вредной еды и посмотрим комедию?!
Я кивнул в знак согласия, на что Билл широко улыбнулся. Мы допили чай в абсолютной тишине. Мне впервые за несколько недель было уютно и спокойно.
На часах было десять вечера, когда нам доставили какие-то бургеры, картошку, соусы к ней и колу. Давно я не ел ничего подобного. Нет, я не сидел на диете, просто в город с друзьями мы в последний раз выбирались ещё в начале лета.
Билл расправил диван, накрыл его полотном, сказав, что его можно пачкать. Меня это насмешило почему-то. Он старался создать для меня все условия для хорошего времяпрепровождения.
Мы ели невероятно вкусную гадость, смеялись над героями фильма, обсуждали, иногда кидаясь в экран телевизора шоколадными драже или картошкой – можно было даже это.
