Может, я до сих пор лежу с жаром в ординаторской и все это время длится ужасный сон – сон Брахмы? Возможно, поэтому все кажется мне таким нелогичным? Задумавшись об индуистском боге Брахме, я снова услышал уведомление телефона. Пришла эсэмэска, и снова с номера Сяо Цяо, а внутри сообщения – текст: «Если хочешь знать правду, забери письмо Чжан Цици у Хэ Фую до 30 октября и положи его в холодильную камеру № 1. – Х.»
«Совсем рассудка лишился?»
Когда я увидел второе сообщение, первой моей реакций было желание написать в ответ и узнать, кто стоит за всеми этими происками. С момента смерти Сяо Цяо прошло уже много времени, но я так и не удалил номер ее телефона из записной книжки. Кто бы мог подумать, что спустя несколько месяцев произойдет такое… Правда, мне было неизвестно, закрываются ли автоматически или аннулируются банковские карточки, номер телефона, имейл и прочее. Может, кто-то украл телефон Сяо Цяо и сейчас решил поиздеваться надо мной? Есть и такая вероятность. В конце концов, многие люди впервые сталкиваются с такой ситуацией, как организация похорон, и, возможно, после кражи телефона родные Сяо Цяо не заблокировали ее номер, а своровавший телефон человек все это время пополнял баланс и пользовался им…
В любом случае я решил позвонить на этот номер – и тут же услышал в приемном зале больницы звонки телефонов нескольких человек. Огляделся по сторонам. Большинство присутствующих – это работники больницы. В зале была Юэ Тинши из третьего отделения; она выделялась в толпе из-за своего высокого роста, поэтому я сразу ее заприметил. Юэ Тинши не заметила меня и, поглощенная своими делами, отошла в другое место, чтобы ответить. Затем мой звонок сбросили, и, когда я снова набрал номер, оператор на другом конце сообщил, что телефон выключен.
– Что, в конце концов, происходит?
В голове были одни вопросы. Вернувшись в кабинет, я закрыл дверь и снова внимательно перечитал сообщение. В душе´ я знал: вряд ли это розыгрыш. Хэ Фую, о котором шла речь в сообщении, – это полное имя нашего заведующего. Х. просит меня до 30 октября достать у заведующего письмо, оставленное Чжан Цици, и положить его в холодильную камеру № 1 в морге. Разве это не является подтверждением моих догадок? В ту ночь, когда мы с Ян Кэ поспешили уйти из морга, заведующий, наверное, хотел оставить труп Сяо Цяо в холодильной камере, но обнаружил внутри письмо и решил спрятать его у себя.
Кто же такой Х.? Если это не Сяо Цяо, то кто еще может им быть?
Меня внезапно охватило леденящее душу чувство, что этот Х. действительно пугает меня. Оказывается, ему известно, что письмо Чжан Цици сейчас находится у заведующего. Неужели у него дар ясновидения? А может, это сам заведующий так пытается отвести от себя подозрения и на самом деле он и есть Х.? На самом деле мне и самому любопытно было узнать, что же находится в том конверте Чжан Цици. Сложность состояла в том, что я не мог ворваться в кабинет заведующего и копаться в его вещах. Тем более что уже прошло так много времени и одному богу известно, куда заведующий мог деть это письмо. Если заведующий – это и есть Х., не исключена возможность, что он давно уже сжег его.
«Нет, заведующий не может быть Х., – размышлял я. – То, что содержится в письме, – это улика. Если б я был на месте Х., то сразу сжег бы письмо, как только получил его. Раз уж Х. велел мне забрать письмо, по всей видимости, оно находится у заведующего – и содержит чрезвычайно важную информацию…»
Мои мысли прервал стук в дверь. Время близилось к вечеру; вряд ли ко мне на прием пришел пациент. Не успел я встать и подойти к двери, как человек сам ворвался в кабинет – и тут же задал мне вопрос, словно я преступник на допросе:
– Чэнь Путянь, почему еще ты не ушел? Почему прячешься здесь?
Это был заведующий.
– Я… я скоро пойду, как раз собираю вещи, – промямлил я.
Заведующий бросил взгляд на стол, где лежал мой телефон, и в его взгляде мелькнула тень недоверия. Он не стал уходить – напротив, закрыл за собой дверь.
– Вот и хорошо. Есть кое-что, о чем мне нужно с тобой поговорить…
Я почувствовал себя школьником, совершившим проступок и вызванным в кабинет директора. Я в нервном напряжении посмотрел на заведующего. Тот подошел вплотную к столу, взял стул и, присев, спросил:
– Чэнь Путянь, ты ведь здесь никого не знал, до того как пришел к нам работать?
– Кого не знал? – Я был в недоумении.
– Ты ведь не был знаком ни с кем из нашей больницы? – «Ни с кем» заведующий подчеркнул особо.
Я кивнул, а он продолжил:
– Ради общего блага всех сотрудников больницы я попросил главврача в течение этих нескольких дней провести миннесотский психологический тест. Проходить его будут все, кроме тебя.
