Существует связь между черным цветом и сексуальной привлекательностью. У африканского племени ндембу женщины с очень черной кожей высоко ценятся как любовницы, но не как жены. У арабов выражение «чернота глаз» означает возлюбленную, «чернота сердца» – любовь. Любовная страсть покрыта темнотой и тайной; стало быть, черное может символизировать нечто сокровенное и страстно желаемое. Этого же значения придерживался Шекспир в «Отелло»:
В «Лукреции» Шекспир еще более актуализировал смысл этого цвета:
Стефан Цвейг видел в противоречии черного цвета и общепринятой морали белого «черный флаг аморализма».
Часто черный цвет ассоциируется с пустотой и горем. С сексуальностью Черной Девы (действительно, в пережиточных обществах этнографы встречались с такой магической характеристикой женского «низа», как чернение половых губ, чтобы больше понравиться).
Как характеризовал моду начала XIX века Гёте, женщины ходят теперь исключительно в белом, а мужчины в черном. Как поглощающий все цвета спектра, черный цвет великолепно сказывается на состоянии организма, объединяя в себе все их лечебные свойства. Поэтому он может использоваться и как общеукрепляющее средство для поправки ослабленного здоровья. И, как писал Дехлеви,
И в этом смысле можно согласиться с утверждением Элизабет Бремон о том, что черный представляет собой образ хаоса. Вместе с тем следует помнить, что хаос и физически, и метафизически характеризуется максимумом энтропии, а черный цвет – как «скрытая энергия», например, бессознания – являет собой максимум негэнтропии, то есть максимальные возможности для восстановления жизненной энергии, которая в нем заключена.
В рассуждениях о душе человеческой Платон наделил черным цветом именно эту, бессовестную, ее часть, которая (вопреки традициям общества) неистово добивается своих низменных желаний. В хроматизме эта бессовестная часть души человеческой, или, как ее определил Платон – «друг наглости и похвальбы», – несет семантику всех телесных потребностей, то есть того, что Фрейд обозначил бессознательным, а мы – бессознанием.
С этих позиций легко понять, почему психология цвета утверждает, что лица, выбирающие черный цвет и ставящие его на первое место (среди ахромных), находятся в оппозиции к обществу. Испытывают явное отвращение к происходящему. Проявляют негативизм, конфликтность, агрессивность в сочетании с деструктивной и импульсивной тенденциями, демонстрируют четкую позицию протеста. Так, де Боно связывает черный цвет с негативизмом и искренней убежденностью в том, что «никогда в жизни ничто не может складываться так, как надо».
При этом негативизм черного цвета не имеет отношения к разрешению проблем, он лишь указывает на их наличие. Образно говоря, черный – критик, а не творец, аналогично тому как женское бессознание в состоянии аффекта критикует все то, что творить придется мужскому подсознанию (см. серый цвет). Так, анархизм (от греч. anarchia – безвластие) возник где-то 150 лет назад в противовес крепнущим государственным и социальным институтам (характеризуемым белым цветом – см. белый). Поэтому черный цвет можно по праву считать архетипом анархизма.
