– Ну вот тебе и стимул подполковник, – бросил на стол папку с делом полковник Кобзарь. – Раскроешь это дело и можешь быть свободен. Хочешь на пенсию, хочешь переводись куда захочешь как Волков. Как он там кстати, не забыл тебя ещё? Я слышал, он в Новосибирске замом у начальника розыска пристроился, скоро майора получит.
– Да у него то как раз всё в ажуре, товарищ полковник, – ответил Батурин. – Там ведь не здесь. Там есть куда двигаться и звания как у нас десятилетиями не зажимают. Там зам по розыску в районе, не такая уж и крутая шишка.
– Ну ты знаешь, лучше быть единственной кочкой в своём, маленьком болоте, чем одной из тысяч кочек в большом, – ответил полковник.
«Закрой дело и свободен, – усмехнулся Батурин когда, вышел из кабинета начальника управления. – Висяк сто процентный. Хотя, тут всего два варианта. Либо его замочил кто-то из местных. Либо, парень приехал с кем то на машине, потом они зачем-то пошли в лес, где его и убили и так же на машине уехали. На тропу могли наткнуться совершенно случайно и место убийства, совпало с местом обнаружения трупа Черепанова, тоже случайно. Сплошные случайности. А так вообще бывает? – рассуждал Батурин. Опыт научил его, не доверять случайным совпадениям. – Если допустить, что и он, как когда-то Черепанов, шёл по тропе к кому-то из „Консервы“, то возникает вопрос, к кому и за чем?»
В «Консервах» как и ожидалось, никто ни чего об убитом не знал и идти ему здесь было не к кому.
«И что их всех на эту тропу тянет, как-будто на ней мёдом намазано? Ладно Черепанов, у него форс-мажор, машина которая его везла, сломалась. А этот то, что тут забыл? Да к тому же не один. И к чему эта показательная казнь? Сунули бы труп в кусты подальше и дело с концом. Так нет же, его на тропе специально привязали, чтобы зверь какой в сторону ненароком не уволок и чтобы, если кто по тропе пойдёт, обязательно на него наткнулся. Это знак, сигнал кому-то из местных, мол, смотри, что мы с ним сделали. Смотри и выводы правильные сделай, а иначе, рядышком на этой тропе и сядешь. А может и не местным, а следующему, такому же, кто должен пройти по этой тропе. Вот тебе и забытые Богом „Консервы“.»
Ни на вокзале, ни в единственной в Кыргыте гостинице, по предъявленной фотографии убитого никто не опознал.
Улик против Зворыкина кроме того, что он всё время попадает не в то место и не вовремя, ни каких не было и его пришлось отпустить.
– В следующий раз труп найду, хрен я вам, ментам, что сообщать стану, – пообещал на прощание Мишка.
– Сплюнь, дурак, – постучал по столу Батурин. – А если не сообщишь, так и вообще, под подозрение попадёшь по-взрослому. Так что, лучше не шути.
Примерно метрах в пятидесяти от того места где был найден труп, Батурин наконец обнаружил и место предполагаемого убийства. А ещё через три дня, когда с деревьев почти облетела листва, Батурин обнаружил в кустах у дороги выкрашенную в камуфляжный цвет «Ниву».
В машине оказались и документы убитого.
«Кашин Денис Аркадьевич. Двадцать девять лет, город Барнаул. И машина была зарегистрирована там же.
Значит, он из Барнаула к нам пожаловал, – покачал головой полковник Кобзарь. – Далече однако. Ну не по Грибы же он в такую даль приперся? Машину зачем-то в кустах спрятал, а сам пешком, по неизвестно куда ведущей тропе пошёл.»
Участковый старший лейтенант Шитов Юрий Владимирович по просьбе оперов из неведомого ему Кыргыта совершал опрос соседей погибшего там жителя его участка.
– Денис? А что с ним? – удивилась соседка Кашина по лестничной площадке.
– Да убили его, где-то далеко отсюда. Вот хочу узнать, что он за человек был, с кем выпивал, с кем дружил? Может, у него подруга какая была?
– Да нет, что вы! Денис никогда пьяным на людях не появлялся. И ни водил к себе никого, ни мужиков, ни женщин. Он вообще тихий, спокойный был и всегда вежливый. Хороший был человек.
– Кашин? Да он пропал где-то. На работу не вышел, зарплату не получил, – начальник снабжения завода, где работал Кашин, развёл руками. – Понятия не имею, куда он пропал.
– Убили его в Кыргыте, – сказал участковый.
– Где? – переспросил начальник снабжения.
– Кыргыт. Посёлок городского типа, за три тысячи километров отсюда. Скажите, у вашего ведомства никогда, никаких дел в Кыргыте не было?
– Первый раз слышу о таком. По крайней мере при мне, а я уже лет пятнадцать здесь работаю, ни каких дел у нас с этим Кыргытом точно не было.
– А что насчёт самого Кашина можете сказать? – поинтересовался участковый.
– Да нормальный мужик. Пять лет у нас проработал и никаких нареканий к нему не было. В любую командировку, без проблем. Он же холостой, так его во все дыры и пихали. Женатики то, всегда причину найдут, чтобы в дыру не ехать. Им столицу подавай, или на юг куда. А Кашин не пил и работу свою всегда хорошо исполнял. Жаль парня. И кто ж его убил? И за что? Он же безобидный был. Мухи не обидит, – сокрушался о такой потере начальник.
В общем, все о Кашина говорили примерно одно и тоже. Хороший был человек Кашин.
