Подруга закатила глаза и выдала на одном дыхании:
– В общем, босс оставил тебе кучу сообщений.
«Черт!» Сердце екнуло, и Эйдриен не знала, что сказать. Наконец выпалила:
– Ну, выкладывай, что происходит?
– В общем, в Сан-Диего вроде назрела крупная сделка. Слу вылетел туда несколько часов назад. Так что теперь все на тебе!
– Что на мне?
– Ты будешь снимать показания с Макэлигота.
– Что?! Когда?
– Завтра.
– Но ведь, – попробовала возразить Эйдриен, – я никого еще не допрашивала под присягой. Я не подготовлена. И вообще не представляю… Господи, Бетси!
– Между прочим, некоторые тебе всерьез завидуют. В том смысле, что…
Эйдриен тихонько простонала. Чайник заверещал. Она подняла его, разлила по чашкам воду, размешала кофе.
– Слу сказал, что вышлет тебе свои наработки, – заверила подруга. – Проверь почту. Хотя не удивлюсь, если он и забыл впопыхах. – Она сделала глоточек и направилась к двери. – Кофе – прелесть. Пока, везунчик!
– Подожди секундочку, – попросила Эйдриен, стискивая зубы при мысли о предстоящей бессонной ночи. – Тебе Билл не попадался?
– Какой Билл? Ты о Феллоузе?
– Ага.
– Пару дней не видела – он в Детройте. Вернется не раньше вторника.
Когда Бетси ушла, Эйдриен набрала домашний номер Билла Феллоуза и оставила ему сообщение с просьбой перезвонить.
Затем зашла в Интернет и проверила почту. Ее дожидались восемь писем: две рассылки с анекдотами от друзей, парочка обновлений от провайдера «Америка онлайн», новые котировки от «И-трейд»[25] и четыре коротеньких записки от Слу. Содержание последних сводилось к следующему: «позвони мне»; «где ты»; «тебе снимать показания с Макэлигота»; «высылаю свои конспекты, осталось немного дополнить».
К последнему сообщению прилагался документ, загрузив который девушка схватилась за голову. «Немного дополнить»? За исключением двух-трех фраз, показавшихся ей незнакомыми, Слу выслал собственные наработки Эйдриен, которые она же для него и сделала.
Она позвонила боссу в Сан-Диего и оставила на автоответчике сообщение, в котором подтвердила получение «его конспектов» и что, если он захочет поговорить, пусть звонит в офис. А затем с головой погрузилась в работу.
Время тянулось еле-еле. Как свидетель, Макэлигот представлял собой настоящее минное поле. Каждый вопрос раскрывал перед адвокатом ряд проблем и потенциальных возможностей, поэтому когда Эйдриен впервые взглянула на часы, было далеко за полдень. Дюрану же она так еще и не позвонила – попросту вылетело из головы.
– Я же волновался, – упрекнул он, услышав голос Эйдриен.
– У меня масса дел, – объяснила она. – Я задержусь на пару часиков – еще не закончила.
– Мне не нравится, что ты там находишься, – обеспокоенно сообщил Джеффри. – Это небезопасно.
Девушку тронула такая забота, и она поспешила его успокоить:
– Я здесь не одна, сегодня тут полным-полно народу. Вернусь, как только смогу, прихвачу с собой компьютер и закончу в гостинице. Да, и поесть привезу.
– Здорово, только…
– Не волнуйся, я буду осторожна.
– Замечательно, – ответил Дюран, – но я хотел попросить тебя кое о чем: пива не захватишь?
В десять вечера усталость сменилась голодом, и Эйдриен решила вернуться в мотель. К тому времени она оставалась единственным юристом в офисе. Хотя и не единственным человеком на этаже: из коридора доносился гул пылесосов, скрип полируемой меди, кто-то болтал на испанском.
Девушка решила довести до ума свои записи уже в «Комфорт-инн», на компьютере Никки. Скопировала файлы на дискету, перекинула футляр с ноутбуком через плечо и щелкнула выключателем. Затем спустилась на лифте вместе с симпатичной девушкой в рыжевато-коричневой рубашке, которая вышла на втором этаже, ловко вывезя в коридор тележку с ведром и швабрами. Эйдриен осталась в лифте одна, поразившись неожиданно наступившей, почти сверхъестественной, тишине. Но вот двери плавно разъехались, и она попала в вестибюль, где ее омыло волной технопопа, который выдавал магнитофон с особым басовым режимом.
Девушка торопливо направилась к автомобилю, и хотя дождь закончился, по щекам больно хлестал влажный ветер. «Если чему и суждено случиться, – думала она, – то сейчас, теперь, на этом месте». Впрочем, вокруг не было ничего подозрительного: какая-то старушка выгуливала собачку; юный шизофреник, нацепивший на себя штук пять плащей, шаркал по тротуару; какие-то музыканты возле клуба под вывеской «Уайтхерст фриуэй» пускали по кругу сигарету с травкой. Вдоль улицы стояли легковушки и автофургоны, но своей машины Эйдриен среди них не обнаружила. Сердце екнуло, но, к своему немалому облегчению, девушка тут же поняла, что по привычке ищет свою старушку «субару».
Ну, вот и «додж». Эйдриен, прищурившись, посмотрела сквозь стекло, желая убедиться, что на заднем сиденье никого нет. Села за руль и тронула зажигание – под капотом неохотно заурчало. После очередной неудачной попытки завести машину девушку начала одолевать паника, как вдруг мотор взревел. Она с облегчением вздохнула и вырулила на улицу, направляясь к парковой магистрали Рок-Крик-парк.
