– Ты ведь понимаешь, что это всего лишь ночной кошмар? Осознаешь, что ничего из этого не произошло в действительности?
Я кивнула, солгав. На самом деле я уже не понимала, где сон, а где реальность. Тонкая грань между ними стирается, все смешивается в одно.
Врачи предупреждали меня, что что-то подобное может быть, и когда это случится, я должна сразу рассказать обо всем родителям и врачам на сеансах. Они положат меня в больницу и назначат лекарства, и тогда все исчезнет. Врачи говорят: что бы я ни увидела, это – ненастоящее, а лишь видения, галлюцинации, бред, всего лишь последствия и отголоски моей старой болезни. Но я не хочу, чтобы Мэд исчезал. Я не верю в то, что он может быть всего лишь моей фантазией. Мэд реален, как и Страна чудес. Но я никому ничего не скажу.
– Алиса, ты можешь доверять мне, – сказала Анна и посмотрела на меня так, как никто никогда не смотрел. Мне действительно хотелось довериться ей. Анна стала моим врачом не так давно и обо всем, что со мной произошло, знает только по записям, потому ей тяжелее понять меня. Врачи часто повторяли, что моя болезнь, перетекшая в хроническую форму, в сочетании со стрессом, который я получила от просмотра видео на вечеринке, может вызывать различные психопатологические симптомы, некоторые из которых, если вовремя не устранить, могут перейти в очень тяжелую форму. И психотерапевт об этом знает и неоднократно повторяет. Лечите мою апатию, Анна, нарушения сна, мою депрессию. Лечите их. Но я не отдам вам Мэда, он никакой не симптом, а такая же личность, как и мы с вами. Я не отдам вам мою Страну чудес.
Я написала на листе бумаги, стараясь вложить в свои слова как можно больше искренности:
Анна долго смотрела на меня с подозрением, пытаясь понять, обманываю я ее или нет. В конце концов она взяла визитку, что-то написала на ней и протянула мне.
– Здесь все мои телефоны. И я написала свой домашний адрес. Если почувствуешь, что что-то тебя тревожит или происходит что-то странное, прошу, звони или приходи прямо ко мне домой в любое время, даже ночью. Мы со всем справимся, Алиса, я обещаю.
Я кивнула и взяла визитку. Думала, что сразу же выброшу ее, но не сделала этого. Положила ее во внутренний карман куртки, будто это была очень ценная для меня вещь.
Мэд бросил меня! Оставил меня один на один с моими кошмарами. Предатель! Никто, кроме него, не в силах мне помочь, и где же он, когда он так нужен? Ну же, Мэд, приди ко мне! Только ты в силах избавить меня от снов.
Последнее время все раздражает, меня охватывает какая-то неконтролируемая беспочвенная ярость и агрессия, которую мне больше не на кого выплеснуть, кроме как на двух самых близких людей, подаривших мне жизнь. Я стала совсем несносной, и каждый день только и делаю, что отравляю жизнь моим родителям.
Хочется кричать и проклинать все и всех, но это невозможно, ведь с моих губ не сорвется даже писка.
Что со мной происходит? Почему никто не может мне помочь?
Сегодня я обедала на кухне. Мама сидела рядом и наблюдала за тем, как я ем, чем очень раздражала.
– Как твои дела, дочка? – спросила мама. – Ты совсем ничего не рассказываешь нам с папой. Ты целыми днями сидишь за компьютером, а мы даже не знаем, что ты делаешь.
Я взяла в руки телефон и, выбрав в карточках открытой программы нужную, кликнула по экрану.
В кухне раздался каркающий механический голос:
– Может быть, ты что-то интересное читаешь? Какие фильмы смотришь? В какие игры играешь?
Снова клик по экрану.
– Лисонька, не будь такой скрытной, я же твоя мама, мне интересно знать, как ты проводишь дни!
Мама приготовила суп, чем очень меня разозлила. Ложку я держала в дрожащем кулаке, медленно подносила ко рту. Громко чавкала, рот часто непроизвольно открывался, суп тек по подбородку. Капли падали на кружевную вышивку скатерти.
Я свободной рукой схватилась за телефон.
Вновь в кухне прозвучал бесцветный электронный голос.
– Дочь, что ты такое говоришь? – Мама испуганно посмотрела на меня. – Как ты можешь? Я старалась для тебя.
– Давай я приготовлю тебе котлеты…
Я резко отодвинула стул, взяла телефон и ушла к себе в комнату.
