С некоторых пор Настя Шестакова уверена, что господь Р±ог живет в ее телефонном аппарате. Стоит ей только сказать в телефонную трубку о том, какого типа мужчина ей нравится, как он тут же возникает на пороге Настиного дома. Поскольку сама Настя не считает себя красавицей, внезапное нашествие кавалеров кажется ей чертовски подозрительным. Р
Макар Мерлужин опустил веки и тут же почувствовал, что его руки пристегивают к подлокотникам.
— Не надо! — жалобно попросил он, но на его слова, естественно, не обратили внимания.
— Зрачки, — тихо напомнил кто-то, и Макару приказали:
— Откройте глаза.
Он открыл, сморгнув внезапно набежавшую слезу, потому что свет в комнате, несомненно, стал ярче.
К его лицу поднесли крошечный фонарик и навели луч сначала в левый, затем в правый зрачок.
— Можно начинать, — кивнул мужчина, которого Макар никогда раньше не видел.
По иронии судьбы, мужчина был похож на ученого и внешностью, и повадками. За стеклами очков, плотно сидящих на костистом носу, прятались две колючки. На кармане белой рубашки с закатанными рукавами Макар увидел аккуратно вышитые буковки — «КЛС».
— Вы имеете представление о том, чем конкретно располагает ваша жена?
Это был первый, самый простой вопрос. Следующие посыпались, словно горох из дырявого мешка. Вопросы были разные — умные, никчемные, а порой совершенно дикие.
— Как зовут вашу любовницу?
— Давно ли вы скрываете доходы?
— Ваше руководство в курсе, что вы принимаете клиентов в обход фирмы?
— Вы знакомили жену с коллегами?
— Вы когда-нибудь садились за руль в нетрезвом состоянии?
Макара прошиб пот. Пот струился не только по спине, он образовывался под челкой и стекал по лицу, застревая в ресницах и скапливаясь над верхней губой.
— Где находится ваш загородный дом? Как быстрее туда проехать? Где от него ключи?
Нетрудно было догадаться, что эти типы собираются к нему на дачу. Он мельком взглянул на правую руку, плотно прижатую к подлокотнику. Тускло блеснул циферблат часов — стрелки показывали половину четвертого утра. «Любочка не осталась там на ночь, — подумал Макар. — Она сейчас у тетки в Москве. Почему они не спрашивают о ней? Почему?»
Настя Шестакова лежала без сна на прохладных льняных простынях и размышляла о превратностях судьбы. В ее распоряжении целый дом, и не с кем, совершенно не с кем предаться в нем разврату!
Накануне вечером она позорно бежала с дня рождения подруги Люси. Все потому, что Люсин муж пригласил на вечеринку приятеля-хирурга, который одно время подбивал к Насте клинья. Очень приличный с виду, хирург был помешан на стерильности и протирал дверные ручки проспиртованными салфетками, которые повсюду носил с собой. Он мог испортить любой романтический ужин, завершив его генеральной уборкой кухни.
Крепко выпив, этот тип поймал Настю в коридоре и попытался поцеловать ее стерильным ртом, признавшись, что делает это лишь потому, что в квартире, кроме нее, нет свободных женщин, а у него романтическое настроение. Настя предпочла бегство бесконечным препирательствам и отправилась на дачу, куда переехала в начале июня, едва на город упала экстремальная жара.
На днях Настю уволили из банка, в котором она проработала больше двух лет. Она прекрасно знала, чьи это происки, но поделать, ясно, ничего не могла.
И вот — пожалуйста! Недели не прошло, а у нее уже бессонница, как у пенсионерки. Она хотела было начать считать слонов, воображая их во всех зоологических подробностях, но как раз в этот самый момент на улице послышалось тихое урчание мотора. Что-то прошелестело мимо окон и остановилось. Совершенно точно — остановилось. Настя нашарила рукой часики и поднесла к глазам. Всего пять утра!
Выскользнув из-под простыни, она подкралась к распахнутому настежь окну и выглянула наружу. Возле особняка Мерлужиных стоял чистенький микроавтобус, похожий на коллекционную игрушку. На его боку крупными буквами было написано: «КЛС». На шоферском месте сидел мужчина в бело-синем комбинезоне и кепке и нервно барабанил пальцами по рулю.
«Интересно, что это за посетители к Макару?» — подумала Настя, ни чуточки не обеспокоившись. Макар — довольно успешный адвокат, к нему может явиться кто угодно и когда угодно.
Из автобуса тем временем выбрались трое мужчин в таких же бело-синих комбинезонах и кепках, как у шофера. Не обменявшись ни словом, они открыли калитку и гуськом направились к дому. "Может быть, у Макара случилась неприятность с отоплением или канализацией? — предположила Настя. — И он вызвал какую-нибудь фирму на помощь? Что такое «КЛС»?
Команда ликвидации стихийных бедствий? А где, в таком случае, сам Макар? Или, на худой конец, Любочка?" Странно, что хозяев нигде не видно.
Настя сбегала в чулан, нашла там старый бинокль и встала так, чтобы ее не было заметно снаружи Еще не поднеся бинокля к глазам, а только кинув взгляд на окна Мерлужиных, она кожей почувствовала, что у соседей происходит нечто из ряда вон выходящее.
Люди в комбинезонах сгруппировались на втором этаже — там, где обитала хозяйка. Они скользили за стеклами бесшумными тенями и делали то, что посторонним людям делать совсем не положено, — они обыскивали Любочкину спальню. Один из мужчин занимался платяным шкафом, второй обшаривал стеллаж с книгами. Тот, который просматривал бумаги на письменном столе, выбирал некоторые из них и засовывал в сумку на поясе.
