Однако выигранного у чудовища времени им обычно хватало, чтобы подобраться поближе и одну за другой совместными усилиями отрубить ему конечности. Злые, измазанные болотной мерзостью, они упрямо прорубали дорогу, следуя за Дамиром. А он всё время держался впереди. Редко когда возвращался к ним и помогал прикончить особо живучих пауков. И в отличие от первокурсников, он всегда использовал заклинания. То обращался к энергии стихий, запуская яростные языки пламени, то выдавал массовое упокоение по площадям, то замораживал воду, и тогда сквозь толстый слой льда курсанты видели огромные глаза вмерзших в него тварей, так и не преодолевших эту преграду.
У Триана было чувство, что Дамир всю дорогу раскладывает пасьянс или находится в трансе, настолько отрешенным и спокойным был его взгляд и точными движения. Он просто подбирал наиболее эффективное заклинание к каждой конкретной ситуации. И только недовольно морщился всякий раз, когда приходилось перерасходовать энергию и его бой переставал походить на завораживающий танец из магических вихрей с разноцветными искрами.
Справедливости ради стоит отметить, что такие моменты случались обычно у него тогда, когда кто-то из первокурсников умудрялся споткнуться или подставиться. В этом случае он неизменно успевал в последний момент и вставал между болотной тварью и курсантом. До сих пор перед глазами Триана иногда возникало то зловонное болото, в которое погружался огромный костяной лич17, упокоенный Дамиром. За минуту до этого монстр стремительно атаковал Триана и едва не оторвал ему руку.
Он тогда ещё долго сидел, опершись спиной на какое-то кривое чахлое дерево, и ощущал ломоту в ногах и руках от усталости. Сжимал рукоятку меча и обалдело смотрел, как затягивается ряской водная гладь, как исчезают фиолетовые искорки магии, кружащиеся вокруг третьекурсника.
Триану казалось, что их прогулка с бесконечным боем вызывает у Дамира чувство эстетического удовольствия. Каждый раз, когда очередная тварь была упокоена, он довольно потягивался, разминая плечи, и снова устремлялся вперед, отпустив одно-два насмешливых замечания курсантам.
И всё это время единственной мечтой каждого из отряда, и Триана в том числе, было добраться до горла этого выскочки. В общем, после выхода из болот они наконец-то его догнали. Дали выход своим эмоциям. И выяснили свои отношения раз и навсегда.
Дамир и четверо первокурсников. Первый популярно объяснил важность изучения магических заклинаний и управления стихиями каждому из них. Кулаками, а особо непонятливым и мечом. Так что Триан тогда с лихвой ощутил на собственной шкуре превосходство знаний, опыта, магического искусства в целом и некромантии в частности над кулачным и мечным боем.
С тех пор Дамир для Богартэ стал непререкаемым авторитетом.
Когда Триан залечил синяки и вышел из госпиталя, то извинился за своё недостойное поведение и многократно повысил своё рвение к знаниям. Тогда и началась их дружба. Дамир стал для него надежным другом и старшим братом. Помогал в учебе, вытаскивал из кутузки после драк. Был партнером в спаррингах и секундантом на дуэлях. Последние он ненавидел страстно. Но всегда поддерживал Триана. Да и тот ради Дамира готов был на всё. После много чего было. Маги живут долго. И учеба в Университете, и практика, и служба по контракту, и бесчисленное количество интриг, побед и поражений, которые они с Дамиром всегда переживали вместе, опираясь друг на друга.
Триан энергично потер руками лицо, отвлекаясь от воспоминаний и возвращаясь к поставленной Дамиром задаче.
«Половину империи за поспать», - подумал он, привычно доставая свежую рубаху.
«Придется теперь планировать программу обучения для девочек», - вернувшийся с дежурства маг усмехнулся и обреченно побрел в ванную принимать холодный душ.
Принцесса Мельта наконец вонзила зубы в мягкую румяную булочку и восторженно замерла, наслаждаясь и прислушиваясь к ощущениям. Всё-таки первая еда в новом мире! Булочка была прекрасна. С пряным ароматом неизвестной специи, со свежайшим сливочным маслом и с нежным, похожим на утиный, паштетом сбоку. Рядом стояла розетка с ягодным соусом. Принцесса довольно зажмурилась, пережёвывая.
«Все не зря! Ради такого счастья, как натуральные органические продукты, стоило переехать в Азанар», - пришла мысль.
В этот момент произошло сразу несколько событий. Из букета что-то звучно шлепнулось на стол. Дверь в детскую приоткрылась, и в комнату сунул морду огромный синий лис. Принцесса Мельта подавилась паштетом, отчаянно закашлялась и испуганно запрыгнула на стул с ногами, подальше от зверя.
Лис тем временем по-хозяйски направился к угощениям. Рядом с девушкой, откуда-то со стола, заверещал пронзительный тонкий голосок:
