Однако надежды Куртеева на то, что пассажиры пострадавшего «Мерседеса» задержат пассажиров «Крузера» для разборок, не оправдались. Точнее сказать, оправдались они частично. Узколобые гиганты команды Лукашова не могли выскочить из окон с той же легкостью, что консультант и профессор. Им явно не хватало простора. Когда же они оказались на земле и, не обращая внимания на цепляющегося за их рукава хозяина «шестисотого», отправились в погоню, время было упущено. Куртеев и его безволосый спутник исчезли.
— Найдите мне эту суку! — рычал в трубку Лукашов. — Если она купила билет, значит, она появится!.. Вас объегорили студент со стариком, не дайте объегорить себя девке! Она может быть в парике, может быть перекрашена, в очках, с цветными линзами, в платье времен Екатерины, я не знаю!.. Баба, которая крадет три лимона, может позволить себе импровизацию!
Напротив Лукашова сидел невысокий пухлый мужичок и сосал из стакана хозяйское виски. Из холла к лифту охрана пропустила его без слов — Олег Иосифович уже давно был своим в компании «Регион».
— Все будет нормально, Олег, — заверил, положив трубку на телефон и опрокинув в себя полстакана «Белой лошади», Лукашов. — Они найдут ее.
— Мой друг, на хрена ты мне это рассказываешь?
— То есть? — Спиртное достигло желудка президента «Региона», и через пару секунд сухие и воспаленные глаза Лукашова увлажнились. — О чем ты?
— Зачем мне знать, найдет кто твоего заместителя главбуха или не найдет? Зачем ты делишься со мной своими проблемами?
— Как так?..
— Мой друг, бабки я дал тебе. — Пятько начал спокойно, но потом стал распаляться. — Не этой Виктории Золкиной, ни Истасову, своднику долбаному, а тебе. Когда эти двое сумасшедших один за другим появились, я подумал, что Золкина стала тебе мешать и ты ее малость урезонил. Попридержал за узду… Или еще за что… Однако сейчас выясняется, что никто ее не придерживал и что я, как идиот, сам напоролся на неприятности, разговаривая с ее женихом! Где мои деньги, Лукашов?! Только не говори, что ответ зависит от того, как скоро твои дефективные найдут какую-то девку!..
— А ты бы не орал на меня, — пробормотал оглушенный президент. — Это наша общая проблема.
— Ничего похожего! Это твоя проблема! Я перечислил деньги не на счет Виктории Золкиной, а на счет компании «Регион», президентом которой являешься ты! И это я с тобой договаривался, а не с Золкиной! И мне все равно, кто украл мои деньги, потому что украли их после того, как я передал их тебе!.. Ты что, дурак, что ли? — вдруг совершенно спокойно спросил продюсер.
Лукашов потянулся к бутылке, но толстячок Пятько вскочил, смахнул ее со стола и запустил в сейф. Сразу после грохота в кабинете раздался электронный голос: «Внимание. При повторной попытке несанкционированного проникновения сработает сигнализация».
Кап-кап… — послышалось в полной тишине. Виски, стекая с никелированной ручки-колеса, кровоточило на паркет.
— Идиот, — прошипел Олег Иосифович. — Жалкий, жадный идиот… Как все это случилось?
На Лукашова звук взорвавшегося стекла произвел благодатное воздействие. Он пришел в себя, к нему вернулась способность соображать.
— В последний раз, когда ты явился, ублюдок Щазов снова заболел. Это животное словно чует все. Наверное, рожа у тебя такая, что вокруг неприятностями пахнуть начинает…
— Не отвлекайся.
— Документы, как всегда, оформляла Золкина. Она же занималась перечислениями.
— Как она могла перевести деньги на другой счет?! Как могло случиться, что они не оказались в банке?!
Лукашов поморщился. Пятько все понимает. Он орет, чтобы выставить партнера по грязной сделке крайним.
— А ты не понимаешь? Она уже два года у меня работает. Она заработала себе такой авторитет, что, если ей придет в голову перечислить мои бабки в Фонд мира, бухгалтеры сделают все быстро и без вопросов.
Пятько даже побледнел.
— Лукашов… Я ушам не верю. Ты держал при своих деньгах такую женщину… на груди, можно сказать… И ни разу не проверил на вшивость?
Лукашову хотелось сказать, что один раз он проверил. Поэтому, наверное, сейчас и тонет в неприятностях.
— Эй! — позвал его проницательный продюсер. — А не слишком ли близко на своей груди ты ее держал?
Поскольку ответа не последовало, изумленный Пятько развалился в кресле.
— Ты поимел девку, а после этого вручил ей свои активы?!
— Понимаешь, мне показалось, что все в порядке, она зависима, в узде…
— В узде — это когда ты, неженатый, на работе имеешь состоящую в браке! Вот тогда она в узде! А когда ты, женатый, пользуешься услугами незамужней, это — жопа!.. Боже мой, — Пятько схватился за голову. — У тебя дети есть?
— Нет, я не могу иметь детей, — как-то трагически произнес Лукашов.
— Ты посмотри… Господь, он все предусмотрит… Лукашов, тебе придется или снять со своего счета три миллиона, или прямо сейчас предоставить мне оговоренное количество квартир в построенном доме.
— Не получится.
— Получится, мать твою!.. Мне что, опускаться до бандюка? Везти к тебе муравейник головорезов?!
Лукашов прерывисто вздохнул.
