Я и подумать не могла, что любовная интрижка с красавчиком из университета принесет одни лишь проблемы и станет отправной точкой для череды событий, изменивших мою жизнь. Мне пришлось не только переехать – и куда?! – на другую планету, смирить гордость и стать стажером настоящего изверга – самого изощренного изверга! – но и избавиться от вечного комплекса – синдрома отличницы.
Лимма Лессон. Этакая отличница из университета Катригана.
Ситайка, но только наполовину. Одна из немногих, кто получил приглашение на стажировку в Каптийскую исследовательскую лабораторию.
Лесс Хейвуд отложил анкету, по которой бегло скользнул взглядом, а затем посмотрел на Лимму, миниатюрную смуглую девушку с торчащими из высокого хвоста прядями. Солнечный свет врывался в распахнутое окно его небольшого кабинета, выхватывая из полутьмы ее фигурку и позволяя ректору внимательно рассмотреть гостью. Девушка обладала выраженными чертами ситайки: треугольным маленьким личиком, полными губами, суровым изломом бровей и неоспоримым упрямством во взгляде. Она сидела, хлопая черными глазами, неестественно и напряженно прижав к коленям кулачки. Эта девушка даже не осознавала, какую шумиху подняла в городе – не часто в Каптике объявляются ситайки, тем более, такие хорошенькие.
– Итак, – Хейвуд прочистил горло и, постукивая пальцами по столешнице, откинулся на спинку кожаного кресла, – ваша мать та самая Гарверд Лессон. Вы решили пойти по ее стопам?
Лимма нахмурилась. Говорить о матери, учитывая ее болезнь, было плохой идеей.
– Не совсем, – голосок у девушки был хриплым и неуверенным.
– Как ее здоровье?
– Ей уже лучше. Мы переехали в Каптику, чтобы сменить климат.
Конечно, это интересовало Хейвуда в последнюю очередь, поэтому он поспешил сменить тему:
– Вы закончили университет с дипломом биомедицинского инженера-техника в Элентропе, затем работали на кафедре патофизиологии в Катригане, верно?
– Да.
Впечатляющее резюме. Хейвуд был уверен, что эта юная ситайка способна получить работу в лучших исследовательских центрах Альянса. Если бы не болезнь Гарверд…
– У вас довольно востребованная специальность, – пробубнил мужчина. – Но я понимаю ваше желание не останавливаться на достигнутом. Вы экстерном закончили аспирантуру и теперь хотите применить знания в сфере инноваций.
– Да.
Хейвуд скрыл удовлетворенную улыбку – из любой ситуации он всегда выжимал по максимуму.
– Сомневаюсь, что вам было бы интересно работать в команде доктора Баргера.
– Но я…
– Мы, к сожалению, больше не набираем стажеров, – подняв взгляд, мужчина с изумлением отметил, что девушка вся подобралась и напряженно застыла, – но я ознакомился с результатами ваших тестов и рекомендацией доктора Морган и могу заявить, что вы довольно перспективный специалист. Мы можем взять вас сверх штата, но это значит, что вы не будете получать стипендию.
Лессон нетерпеливо выдохнула.
– То есть, я могу рассчитывать на это место?
– Да, но с условием, которое я озвучил…
Пожалуй, эту девушку не интересовали условия. Она привыкла всегда и во всем быть лучшей.
– Я согласна, – произнесла она.
У меня все из рук валилось. Особенно под пристальным взглядом Питта Сайверса.
Этот красавчик с модной прической вызывал в моем воспаленном мозгу короткое замыкание. Моя потертая джинсовка, перекинутая через длинную лямку сумки, норовила упасть на пол. И зачем я взяла ее сегодня? Дня, более жаркого – буквально адски жаркого – не было еще за все лето. Юбку цветочного платья, которое казалось мне сейчас самым неудачным из всего гардероба, раздувал горячий южный ветерок.
Взгляд Питта был острее самурайского меча. И опаснее.
Я, конечно, понимала – такие мальчики не мечтают о ситайках, живущих в домах, которые арендует государство. В жилище, далеком от эталона каптийских домов.
Семья Питта была весьма обеспеченной, и я даже не смела мечтать об участи Золушки и о том, что Сайверс может оказаться благородным принцем. Сверкающая тачка, уйма свободного времени, футбольный гарнизон и одна из самых престижных команд Каптики – это составляющие портфолио Питта. А еще он одно время встречался с действующей «мисс бикини», что вознесло его на Олимп так высоко, что нам смертным не угнаться. Но, несмотря на это, мое сердце едва не выпрыгивало из груди, когда этот парень смотрел на меня. Он был младше на год, но иной раз мне казалось, что до его уровня мне еще расти и расти, невзирая на то, что наше ай-кью разнилось, как Эверест и дюна в какой-нибудь пустыне.
– Уверена, он не читал Галена в оригинале, – раздалось скептическое мнение Ниллы, моей подруги, которая наблюдала, как я запихиваю в сумку книгу.
– Меня это не интересует.
– Не советую обольщаться на его счет. Все знают, что он самовлюбленный кретин.
Внимание Питта, как призрачный мираж. Вроде бы меня это беспокоит, а вроде и беспокоиться не о чем – мало ли на кого он может смотреть.
– Может, у него проблемы со зрением? – бурчала я, завязывая рукава джинсовки вокруг лямки. – Такие, как Питт Сайверс, не смотрят на таких, как Лимма Лессон.
