– Ты запомнил глаза, если бы там была нормальная грудь, то ты бы автоматически запомнил ее!
– Ты невыносим! – Томас поднялся с дивана, направляясь на кухню. Браян остался лежать на диване, выкрикивая другу в след:
– И какого хрена тогда ты со мной живешь?
– У меня нет другого выхода... – ответил Томас, находясь уже на кухне.
– Выбор есть всегда, – пробормотал Браян, глядя куда-то в окно.
***
Ученический кампус находился почти в самом центре студенческого городка. Здание из светло-красного кирпича казалось немного пугающим, некоторым оно напоминало старую церковь, а кто-то верил в легенду, которая ходила об этом месте.
– Еще раз ты посмеешь пройтись по моим клумбам, и я тебя точно посажу на цепь! – местный смотритель, Клавдия Макаровна, в прошлом жительница России, снова отчитывала третьекурсника за то, что тот сократил путь и потоптался на ее цветах.
– Простите! – парень под два метра ростом виновато смотрел себе под ноги.
– Эх, ты, жердь неуклюжая! После уроков придешь и наладишь, понял?! – тот факт, что женщины называла учебные пары уроками, уже давно никого не смущал.
– Да, Макаровна, понял...
– Иди!
Парень поправил сумку, что висела у него через плечо, и направился в свою комнату, что располагалась аж на третьем этаже кампуса.
Как только он переступил порог своей комнаты, за ним следом влетела его лучшая подруга – Филт, вообще ее звали Филиция, но для друзей просто Филт.
– Ну, и? Ты мне вчера так и не рассказал, как ты сходил к нему...
– К кому? – парень снял кеды, откидывая их в угол комнаты, в котором уже и так валялась целая куча разной обуви.
– Ну, к своему этому... Звездному шизику!
– Не называй его так! – буркнул, проходя к кровати и валясь на нее, зарываясь лицом в подушку.
– Ну, прости-прости! – девушка присела на край односпальной кровати. – Ну, расскажи, Билли...
– Ну, что рассказывать? – немного нервно. Перевернулся на спину, от чего кровать вяло скрипнула. – Я пришел, промямлил что-то, растерялся. Он на меня как на барана смотрел, знаешь ли. А потом... Я просто сделал так, как ты и говорила - "Если растеряешься – целуй!"
– Ну, и? Поцеловал?! – девушка еле сидела на месте, так ей хотелось узнать все подробности. Она быстро накручивала на палец рыжую прядь.
– Да... – расплылся в улыбке, прикрывая глаза. – Он мне даже чуть-чуть отвечал, а потом...
– Ну? Что потом? – Филт схватила друга за руку, сжимая тонкое запястье.
– А потом нам помешала та тетка... Ну, которая тебя тогда книжку заставила клеить. Она такой ор подняла...
– А я тебе еще тогда говорила, что она стерва невоспитанная! Ну, если видишь, что люди целуются, чего лезть? Старая вешалка!
– Перестань так громко и быстро говорить, у меня от тебя голова раскалывается! – накрыл ладонями лицо, устало вздыхая.
– Так, теперь надо узнать, что про тебя думает Том...
– Он думает, что я полная шлюха, вот, что он думает! – невесело проговорил парень. – Хотя, может быть, он еще думает, что я тупая неудачница.
– Ты понимаешь, что ты о себе уже в женском роде говоришь, да?
– Да, плевать... Это была глупая затея. Я сразу говорил!
– Что значит глупая? Без этой затеи ты бы его не поцеловал...
– Оставь меня одного, ладно? Я хочу побыть один.
– А потом? Ну, ты его еще видел? Три дня ведь прошло уже...
– Я его не видел... Уйди, пожалуйста... – он отвернулся к стене. Девушка кинула последний взгляд на печального друга, поднялась с кровати и все-таки вышла из комнаты.
Билл откинулся на постели, вновь разглядывая потолок и думая о том, кто стал для него центром вселенной: таким же желанным и недостигаемым. Вот уже второй семестр парень ломает голову о том, как можно подступиться к такому идеальному и любимому человеку. Том был хорош во всем, наверно, у него даже недостатков не было. Хотя Билл понимал, что идеальных не существует, а отрицательного он не видит в Томе только потому, что влюблен в него и совсем мало с ним общается. Билл никак не выделялся из других студентов: почетных мест нигде не занимал, спорт не очень любил, каких-то особых способностей к чему-либо тоже не имел. Хотя было кое-что, что его немного да отличало от других: он был геем. Недавно парню исполнилось девятнадцать, а в свои неполные семнадцать он понял, что девушки его не привлекают совсем никак. И единственная женщина, которую он будет любить в своей жизни – мама.
Шансов, чтобы наладить отношения с Томом, у него не было никаких. Мужчина явно любил девушек, часто появлялся на людях с новыми пассиями и, что самое ужасное, преподаватель очень красиво смотрелся рядом с девушками. Хотя Билл был бы согласен и просто на дружбу, но как попросить дружбы у человека, с которым общаешься раз в неделю. И вообще, можно ли назвать посещение лекций общением? Вот и Билл был в этом неуверен.
