Том все чаще ловил себя на мысли, что Билл – единственный, кто мог вселить в него уверенность, поднять настроение или наоборот – испортить его всего одним лишь словом. Парень не искал причины своим касаниям, просто трогал Тома, но для поцелуев все так же просил разрешения. Маерс же до сих пор не совсем понимал, когда можно целовать это своенравное создание. В его голове до сих пор не уложились все те чувства и думы о однополой любви. Мужчина признался себе в том, что парень привлекает его, но вместе с тем он заметил, что ни один другой представитель своего же пола его не притягивает. Даже те, что были чем-то похожи на Билла: худые, в чем-то женственные, с искренним взглядом. Его притягивал только брюнет. Том понимал, что испытывает к парню что-то, названия чему и не пытался подобрать. Боялся, что у чувства этого будет слишком громкое название – любовь.
С Браяном отношения так и не наладились. По мнению Тома друг не понимал самых простых вещей: нельзя смешивать или сравнивать любовь и дружбу. Там, где всё началось с дружбы не должно быть любви. Влюбившись в дорогого друга, ты точно потеряешь его, а следом за ним и ту самую любовь. Есть, конечно, исключения, но Том не верил вот в такую любовь. Для него Браян был незаменимым человеком, и ему было не совсем понятно, почему сам Браян не может понять такой простой вещи: Томас не желает терять своего друга. Сам Браян старался не встречаться с мужчиной, которого любил. Он даже некоторое время жил у своего знакомого, чтобы просто остыть, понимал ведь, что действовать на эмоциях нельзя. Но по возвращению в квартиру, чего он и сам объяснить не мог, напряжение между друзьями только увеличилось. И хоть Браян чувствовал, что Том пытается заговорить с ним, объяснить что-то, может даже попросить помощи, но поделать со своими чувствами ничего не мог. Слушать их с Биллом разговоры, смех, а иногда и стоны – было невозможным. Столько лет в Браяне теплилась надежда на любовь этого человека, но он успокаивал себя тем, что Том не выберет никого из мужского рода. И то, что случилось уже почти месяц назад, его просто выбило из колеи.
***
Том налил себе кофе, прошел по кухне, недолго постоял у окна, а когда сзади послышались «шаркающие» шаги, мужчина оглянулся. Браян медленно вошел в помещение, зевнул, одной рукой прикрывая рот, а другой, почесывая живот. Он потянулся, просыпаясь до конца. Маерс прошел по кухне, остановился возле табурета, сел, опуская руки, в которых была зажата кружка на стол. Он в сотый раз сейчас попробует заговорить с другом.
– Мне тебя не хватает, Браян... – тихо произнес он, глядя куда-то в окно.
Браян застыл у кофеварки, Том впервые признался в подобном. В их дружбе никогда не было места подобным признаниям.
– Мне тебя тоже, – вздохнул, продолжая готовить себе завтрак.
– Сильно злишься на меня? – Том перевел взгляд от окна на напряженную спину друга.
– Уже не очень... – пожал плечами, укладывая на тарелку бутерброды.
– Ты мне нужен...
– Том, ты эгоист, знаешь? – развернулся к столу, кинул взгляд на печального друга. – Разве так сложно понять, что не в злости дело? – сел на табурет. – Налей мне кофе.
– Ну, тебе лучше знать, в чем дело? – поднялся, чтобы исполнить дружбу друга.
– Дело в том, что ты поступаешь несправедливо.
– По отношению к тебе? – достал чашку, следуя к кофеварке.
– К нам, Том. Я знаю, что ты миллион раз говорил мне, чтобы я даже не думал о чем-то таком. Но я думал, черт тебя дери! Том, я мечтал!
– Перестань... – возвращается к столу, отдавая соседу кофе. – Неужели ты не понимаешь, что есть вещи, которые изменить никак нельзя.
– Вот именно! Мои чувства к тебе, например! Долгие годы я ломал их в себе, пытался стать только другом, но так и не смог! Всё, что я говорил или делал в отношении тебя, все происходило под воздействием любви.
– То есть, дружбы и не было никогда?
– Не говори ерунды, Том! Она была, есть и будет, но нельзя не брать в расчет мои чувства.
– Браян, я не могу без тебя, как без друга. Дружба для меня важнее любви, разве непонятно?
Психолог от удивления открыл рот, впервые задумываясь о подобном. Он даже немного растерялся, не зная, как реагировать. Том сейчас так смотрит на него, странно смотрит. Раскаивается? Сочувствует? Что?
– О чем ты?
– Браян, я не хочу отпускать тебя, я не представляю своей жизни без тебя, да я беспомощен без тебя. Да, я не могу ответить на твои чувства, ну, на такие чувства. Но у меня к тебе есть нечто другое, может даже намного больше, чем обычная любовь или сексуальное влечение. Ты для меня всегда был братом, единственным человеком, который ни разу не предавал. Мне сейчас тяжело! Ты, как никто другой, знаешь, как я относился ко всему подобному, к таким отношениям. И только ты понимаешь, насколько мне тяжело все это переживать... Я ведь совсем ничего в этом не понимал, а ты так и оставил меня...
– Билл – гей, я оставил тебя в руках того, кто неплохо разбирается во всем этом.
