Ну и пусть обсуждают мою личную жизнь в общежитии! — задрала я нос. Пусть завидуют. Я теперь с парнем, который первоклассный специалист по изучению удовольствий, как подметили однокурсники на одной из консультаций у Теолини. Однако статус повысился, а внешность осталась на прежнем уровне, — вздохнула тяжко. Нужно что-то предпринимать, и поскорее — для собственного спокойствия и уверенности.
В обществе Мэла чужое любопытство напрягало гораздо меньше. Думаю, приди я в институт в одиночестве, меня разорвали бы не слабее, чем Монтеморт. Взгляды липли, парни оценивали, девчонки обсуждали между собой, но в целом, народ сохранял дистанцию. Мэл же выглядел безмятежным.
— Отвезу тебя в банк, а потом заедем в "Инновацию". Обедать хочу, — заявил, когда мы подошли к раздевалке.
— Может, в столовую? — кивнула в сторону коридора, ведущего к общепиту.
— Забей.
— Неужели не наелся? — расстроилась я. Вроде бы завтрак был сытным, и Мэл не стал вредничать, отказываясь от еды. Может, ему не понравились бутерброды?
— Эвочка, — приобнял он меня, — запоминай: из довольного мужчины можно выжать что угодно. А когда он доволен? Когда сыт и когда…
Окончание фразы высказалось шепотом на ухо, вызвав очередную волну смущения.
Надоело! Значит, Мэл ставит меня в неловкое положение при всех, а я чем хуже? Нет уж, пусть и он когда-нибудь научится краснеть.
— Хорошо, Егорчик, где скажешь, — дразня, провела языком по губам и обвила шею парня руками. До чего же будоражила его небритость — словами не передать.
— А-а… то есть? — растерялся было он, но быстро опомнился. — Серьезно? Значит, где скажу?
— Угу, — сделала ртом бантик и послала воздушный поцелуй.
Надеюсь, получилось вызывающе, потому что Мэл сглотнул и уставился на мои губы. А те, кто тянут шеи и глядят — пусть завидуют. Это моя жизнь, и я делаю, что хочу.
— Ладно, — согласился парень и посмотрел на меня с хитрецой. — Скажу, что в машине… Не отступай, Эвочка. Слово — не птичка.
Ну, и кто из нас кого поддел: я — его или он — меня?
— Вот еще! Никогда не отступаю, — фыркнула, хотя пунцовые щеки в многочисленных зеркалах выдали меня с потрохами.
Коли пошла новая песня, буду выдавливать из своего мужчины то, что мне нужно.
— Егорчик, — продолжила в том же кокетливом тоне, и он благосклонно улыбнулся, — после банка хочу заехать в одно местечко и потратить немножко денежек.
Ну как, нравится игра?
— Можешь тратить, сколько влезет, но мои.
— Захватим с собой стилистку, ладно? — предложила я, улыбаясь призывно, впрочем, без уверенности, что Вива согласится.
Мэл не возражал. Попробовал бы он! От моего обаяния ему не укрыться.
Стилистка согласилась.
— Не проблема. Скатаюсь, — сказала, и в трубке что-то зашумело. — Предупреди минут за десять. Доставка туда и обратно за твой счет.
— Согласна. Вивочка, а можно как-нибудь почистить шубку?
— Ты в ней по трубам, что ли, лазила? — хихикнула девица и, сама того не ведая, оказалась стопроцентно права. — Приноси, поглядим.
Шагая под руку с Мэлом к выходу из холла, я ощущала загривком внимание студентов, прикованное к нам, но сильней всего давил взгляд Эльзушки, жегший спину.
Калитку оккупировала группа парней, и среди них мелькнула голова Макеса. Мэл перездоровался с каждым, а его пестроволосый товарищ кивнул мне, приветствуя, и при этом всматривался в лицо. Наверное, он удивился разительному контрасту между красавицей, посетившей прием, и серой крыской, закадрившей столичного принца.
Мэл усадил меня в машину, и покуда выезжал со стоянки и разворачивал автомобиль, Макес глядел в нашу сторону, а потом повернулся к приятелям.
Скоростная автострада осталась в стороне. Мэл гнал по улицам, сигналя и обругивая пешеходов, лезущих под колеса, а я вцепилась в подлокотники сиденья, боясь сказать что-либо под руку. Водитель завернул в какой-то безлюдный переулок, где заглушил машину, остановившись рядом с гаражами и нежилыми постройками, нажал кнопку на панели, и стекла в автомобиле потемнели.
— Здесь, — сказал Мэл, отстегивая ремень и поворачиваясь ко мне.
И, конечно же, я ответила на вызов, подтвердив нерушимость своих слов. С удовольствием.
Проспекты, дома, машины, люди… Непрекращающийся хаос. Столица.
Солнце сделало подарок, выглянув из белесой облачной дымки.
— Давно хотел с тобой в "Эклипсе", — сказал Мэл, поцеловав меня в висок спустя пятнадцать минут после остановки у гаражей. — Похоже, мы с тобой спринтеры.
— Это плохо? — отозвалась я расслабленно.
— Не знаю. Как есть, так есть.
— Значит, это "Эклипс"? — постучала по обшивке дверцы. — Я зареклась спрашивать о марках, потому что твои автомобили калечатся с завидной регулярностью.
Мэл беззвучно рассмеялся.
— Представительский класс. Комфорт в ущерб скорости и лошадям. У отца синий "Эклипс", у меня — черный.
— Наверное, у тебя машин больше, чем пальцев на руках и ногах.
— Меньше, — сказал он, садясь, и поднял спинку своего сиденья. — А теперь приводим себя в порядок и айда в банк.
