Бойтесь спонтанных решений, ибо они безумны по своей сути, непродуманны и опасны для того, кто их принимает.
Утром я разложила по своим местам вещички, извлеченные из сумки, а фляжку с коньяком снова спрятала за тощей стопкой белья в тумбочке. Уходя, закрыла швабровку новым ключом, не забыв поцеловать его колечко на счастье. И начиная с того момента, как открылись глаза, и до того момента, как за мной захлопнулась дверь общежития, я, не переставая, думала о том, как решить проблему с учебниками. Шагая в институт, тоже думала, и набирая на раздаче тарелки с едой, усиленно размышляла.
Постепенно в голове вырисовывался следующий план.
Я приду примерно за час до закрытия библиотеки, покружусь перед Бабеттой Самуиловной, почитаю книжку, посижу скромно в уголке, делая вид, что сортирую собранный материал, а когда библиотекарша удалится выполнять запрос какого-нибудь студента, прошмыгну мышкой между стеллажами и спрячусь в укромном месте. Подожду с полчаса после закрытия библиотеки, вылезу из укромного места, возьму нужные учебники и выйду через дверь. С независимым видом прошагаю мимо Монтеморта, сделаю ему «чао-какао» и побегу в общагу писать сотню рефератов.
Проанализировав план по пунктам, я пришла к следующим выводам.
Во-первых, нужно найти укромное место. Не на полку же залезать или притворяться фикусом! На этот случай имелся козырь. В первое посещение библиотеки доверчивая Бабетта Самуиловна еще не разглядела во мне книжного вандала и разрешила прогуляться между стеллажей в поисках нужного справочника. Вот тогда-то я случайно обнаружила небольшую каморку в углу у окна, заполненную хозинвентарем: швабрами, ведрами и халатами на крючках. По количеству орудий мытья выходило, что библиотека — самое увазюканное место в институте. Узкая дверца каморки маскировалась от посторонних глаз за плотной шторой. Самое подходящее место для тайной засады.
Во-вторых, если я выйду из библиотеки с сумкой, набитой учебниками, то оставлю дверь незапертой. Бабетта поднимет переполох с утра и поставит институт на уши. Следовательно, замок на двери должен остаться закрытым, а для этого нужен ключ.
В-третьих, в десять часов вечера главный вход с бдящим Монтемортом на посту закрывается на тысячу замков, и часть из них наверняка с вис-секретами. Стало быть, до указанного времени я должна покинуть институт, прежде чем парадные двери запрут аки сокровищницу. При этом следует опасаться запоздавших студентов, спешащих с вечерней тренировки, и вахтершу, следящую не хуже Монтеморта. Риск огромен, но пойти на него жизненно необходимо.
В-четвертых, нужен путь для стратегического отступления. Если главный вход закроют, как я покину альма-матер? Придется либо заночевать в библиотечном закутке среди швабр и тряпок, где меня застукает Бабетта Самуиловна, обожающая протирать с утра подоконники с цветочками, либо прижаться к теплому боку Монтеморта. Про учебники можно забыть, так же как и про сессию. Меня исключат из института.
Таким образом, план имел много прорех и трещал по швам, будучи слабо наживуленным.
Должен же быть какой-то выход, — мучительно морщила я лоб, пытая голубую столовскую стену. Жевала овсянку на молоке, словно траву, и не чувствовала вкуса. Аппетит исчез. Так бывало, когда какая-нибудь проблема нависала, отравляя мирное существование.
Неожиданно на глаза попался Алесс, завтракавший за соседним столом. Интуитивный толчок поднял меня с места, и, подлетев к парню, я уселась напротив.
— Привет.
Он, кивнул, продолжая жевать.
— Нужна консультация.
— Бесплатно советы не даем, — с полным ртом Алесс перечеркнул начинание.
— Жаль. Я могла бы подсказать, как добраться до горна. Тебе ведь надо?
Парень просканировал меня исподлобья:
— Откуда знаешь? Кто-то настучал?
— Никто не стучал, сама видела. Так по рукам или нет?
— Ладно, — согласился Алесс и наклонился ближе. — Ты первая.
— Хитренький, — поцокала я. — Давай скрепим клятвопожатием.
Интернатский опыт пригодился мне, не пройдя даром.
Рыжий ухмыльнулся, упер локоть о стол и протянул ладонь. Я сделала то же самое, и мы пожали руки, переплетя пальцы. Пальцы у Алесса были сухие, прохладные и изящные как у музыканта или художника.
— Что хочешь?
— Как выйти, оставив нетронутым замок?
— Найти ключ.
— Где взять ключ?
— У охранника, где же еще? — пожал плечами парень.
Охранник, охранник… С шеи у Монтеморта, что ли, снять? Я блуждала в закоулках памяти, ковырялась в обрывках коротких воспоминаний. И нашла. Вот оно! Жирная связка ключей на гнутом крючке, вбитом в деревянный косяк. Вахтерская! И Мелёшин, закрывающий меня от воздушной волны. Точно!
— Второй вопрос. Как выйти, если в принципе нельзя выйти?
Алесс весело ухмыльнулся.
— Есть перо и бумага?
Я сходила к сумке и вернулась с тетрадкой и пером. Рыжий что-то нарисовал на последней странице быстрыми резкими движениями, а потом вернул тетрадь.
