Мальчик остановился возле большого костра, вокруг которого сидели воины из латной конницы шаньюя. В медном котле, висевшем над костром, варилась целая баранья туша, и светловолосый воин огромного роста помешивал варево древком копья. Он был без лат, в одной рубахе с засученными рукавами.
- Да сопутствует тебе удача в бою, славный Артай! - негромко сказал мальчик.
Великан обернулся, и лицо его осветилось белозубой улыбкой:
- А-а, это ты, мой негаданный спаситель! Садись к костру и скажи, как твое имя.
- Меня зовут Ант, из рода Оленя.
- Я знал старейшину вашего рода Бельгутая, - на языке динлинов сказал Артай, неподвижно глядя в костер. - Два года назад наши отряды загородили хунну дорогу в глубь страны. Мы сражались тогда в Красном ущелье. Но в самый разгар битвы нас предали азы[25]. Они перешли на сторону хунну; и нас стало впятеро меньше, чем врагов. Азы ударили нам в спину, будь они прокляты, подлые трусы! И тогда мы поняли, что сражение проиграно, и повернули своих коней на войско предателей, чтобы пробиться домой. Но тут меня настиг аркан...
- А Бельгутай?
- Он со своими воинами рубился до последнего вздоха и трупами врагов усеял все ущелье. Там негде было ступить коню, а рукав Бельгутаева кафтана намок от крови азов и хунну. Потом... потом он заколол себя, чтобы не даться живым. А я попал в плен, - горько добавил Артай и поднял взгляд на мальчика.
По лицу Анта текли слезы.
- Ты оплакиваешь Бельгутая? - спросил Артай. - Он был великий воин и с честью ушел в страну предков.
- Он был моим отцом, - сказал мальчик и отвернулся.
Потрясенный Артай долго молчал, мучительно подыскивая
слова, которые могли бы хоть немного утешить мальчика. Но слов так и не нашлось. Тогда Артай молча поднялся и принес свой лук.
- Ант, - сказал он. - Ты назвал меня перед шаньюем своим братом, чтобы спасти. Теперь я хочу по правде стать твоим братом. - Артай торжественно поднял над головой лук: - Как тетива и дуга этого лука связаны между собой, так будем связаны мы, пока не уйдем на небо. Тень храброго Бельгутая! Я клянусь, что буду верным братом твоему сыну!
Артай пролез через лук и протянул его мальчику.
- Отец! - звенящим от слез голосом крикнул Ант. - Мы с братом клянемся отомстить за тебя!
Проскользнув через лук, он подал Артаю руку, и они смешали свою кровь[26].
- Мы еще вернемся на родину, Ант, - уверенно сказал великан, вкладывая в ножны свой меч. - А пока наберись терпения и старайся не раздражать шаньюя. Сын Бельгутая скоро нужен будет своему народу.
- Хорошо, Артай. Я буду послушен, как вьючный як, и осторожен, как соболь... а сейчас мне пора идти. Сегодня у шаньюя много знатных гостей, и мне придётся подавать им вино. Прощай!
И Ант исчез в темноте, которая уже со всех сторон обступила степные костры.
* * *
В приемной комнате шаньюя собрались на военный совет каганы[27]1 всех двадцати четырех улусов. Они полукругом расположились на мягких ковровых подушках и ждали, когда заговорит Гроза Вселенной.
По правую руку от шаньюя сидел его сын, Восточный джуки-князь[28], красивый юноша, очень похожий на отца, но с лицом еще ясным и простоватым. Наследник был одет в шелковый китайский халат, под которым, однако, угадывалась кольчуга. Юноша с любопытством разглядывал каганов, многих из которых он видел впервые. А племенные вожди, в свою очередь, украдкой посматривали на того, кто со временем должен будет принять тугую узду шаньюевой власти.
Слева, на подушках пониже, сидели члены царского рода Сюй-бу: лули-князья, великие дуюи и данху[29]. Одно место, ближайшее к шаньюю, пустовало.
Сам шаньюй восседал на причудливом троне китайской тонкой работы. Его коротко остриженные волосы с редкими иголками седины были перехвачены золотым обручем, парчовый кафтан ловко облегал широкие плечи и грудь, а ноги были обуты в сапоги из простой козловой кожи, мягкие и удобные. Каганы сразу обратили на это внимание: такую обувь шаньюй носил только в походах. Поэтому все собравшиеся с нетерпением ждали, когда шаньюй откроет совет.
- Я не вижу рядом с собой Западного джуки-князя, славного Баламбера, - заговорил наконец шаньюй, обводя каганов острым взглядом. - Может быть, он не считает нужным являться на военный совет? Или он слишком занят?
Один из каганов, коренастый и кривоногий, поднялся, приложив руки к груди:
- Не гневайся, шаньюй, что я привез тебе черную весть. Твой верный слуга Баламбер ушел в страну теней.
- Умер? - спокойно спросил шаньюй.
Эта весть вовсе не была для него черной. В последнее время Западный джуки-князь стал чересчур самовольничать, и его двадцатитысячное войско в любую минуту могло стать угрозой шаньюеву трону.
- Нет, шаньгой, Баламбер не умер. Его убили взбунтовавшиеся кипчаки. Они отказались платить дань.
Лицо владыки посерело от гнева.
- А ты, Забар-хан? Ты разве не помог князю усмирить непокорных?
