Подруга дула губы. Но было видно, что она уже и не так рьяно настроена уезжать. Ей просто хотелось подразнить жениха.
— Вита, ты слышала, что он предлагает?
Ой нет, встревать в чужие разборки я совсем не хочу.
— Жень, я учу устав. Ничего не слышу и не вижу.
Подруга зло посмотрела на меня.
— Да сделай уже перерыв, — вздохнул Ваня. — Тем более, комбата в части нет. Он в город уехал. — Давай, чайку выпьем.
Надо же было в этот момент заурчать моему желудку. Ну что за ненасытный обжора! Весь день только и делала, что ела, а он снова голоден.
— Иди сюда, — кивнула Женя.
При мне ребята стеснялись сильно ссорится. Я подумала, что смогу выступить в миссии миротворца.
Устроилась за столом. Ваня приготовил мне чай, а подруга поставила на стол свежеиспеченные пирожки.
— Вообще Ваня прав, Жень. Распишитесь в ЗАГСе, и после учений уже родители твои приедут и отпразднуете.
Женя метнула в меня взглядом.
— Я сразу хочу праздновать, — пробурчала недовольно.
— А кто мешает? — удивилась ее пессимизму. — Мы можем две свадьбы сделать. Одну после ЗАГСа — пригласим всех, я помогу тебе с готовкой. Если, конечно, меня не уволят, — вздохнула расстроенно. Ванька посмотрел на меня усмехнувшись.
— Ладно, — наконец-то сдалась подруга. — В пятницу пойдем в ЗАГС.
Ванька на радостях едва не придушил Женьку в объятиях. А потом меня.
Дальнейшие минут двадцать влюбленные обсуждали кого будут звать на свадебное торжество. А я вдруг вспомнила о дневном происшествии.
— Кстати, сегодня странную картину наблюдала. В винограднике двое солдат что-то закапывали в яму.
Женя прыснула со смеха.
— Да мало ли что они там закапывали. Счастливцева, вечно ты находишь проблемы там, где их нет.
— Не знаю, но пакеты были черными, я полчаса подсматривала из-за кустов, а так не поняла.
Женька и вовсе рассмеялась.
— Ну ты даешь, Витка! Представляю, как ты стояла, шпионила там.
— Ничего смешного нет. А вдруг они что-нибудь запрещенное там закапывали?
Перевела взгляд на Ваню. Он выглядел напряженным.
— А как выглядели солдаты?
Пожала плечами.
— Один блондин, другой брюнет.
— Все ясно, — прорычал Ваня. — А ну-ка, пошли со мной.
Он поднялся из-за стола и потянулся за фуражкой. Мы с Женькой удивлённо смотрели на него во все глаза.
— Куда? — спросила его, когда Ваня принялся обуваться.
— В казарму. Сейчас будем разбираться, кто там у нас занимается темными делишками.
***
— Вань, давай без меня, мне устав учить надо, — я пыталась противиться, но он схватил меня под локоть и попер бульдозером.
— Надо, Вита, очень надо пресекать неповиновение. Иначе расслабятся все. И так оборзели в край.
Мы зашли в помещение, солдаты занимались кто чем. Ваня подошел к дневальному.
— Валерьянов, строй роту!
Солдат побежал в казарму, командуя. Спустя несколько минут все бойцы стояли в ряд возле входа в помещение.
Сугробов выглядел крайне недовольным. Он расхаживал из стороны в сторону, нервируя бойцов своей таинственностью. Только спустя несколько минут, он заговорил.
— Бойцы! Сдается мне, мало у вас занятий, нужно больше! Слишком много свободного времени и вы используете его для всякой ерунды! Сегодня, в районе виноградников рядовым Счастливцевой были обнаружены факты нарушения приказа командира. Мной не раз была проведена с вами беседа по поводу дембельских альбомов и прочих запрещенных вещей! Как я понял, двое из вас уже собрались домой. Лучше вам признаться сразу и принести мне спрятанные вещи, если же я найду их сам, наказана будет вся рота!
Воцарилась тишина. Я уже пожалела три раза, что ляпнула об этом Сугробову. Все-таки, Ванька только с виду такой пушистый, а на деле, вон какой тиран. Ребята, видимо, альбомы дембельские закапывали, пытаясь спрятать. А я взяла и сдала их. Ой, как стыдно.
— Никто не хочет признаться? — повторил он, окинув строгим взглядом весь строй. — Хорошо, мы поступим по-другому. Рядовой Счастливцева!
— Я.
— Посмотрите внимательно в лица бойцов и укажите мне на тех двоих, кого вы видели.
Я посмотрела на Ваню. Ну это уже перебор. Мало того, что выставил меня ябедой, так теперь еще и хочет, чтобы я подставила парней. Ну уж нет.
— Никак не могу, товарищ старший лейтенант. Не помню их лиц — пожала печами.
Ваня подошел ко мне вплотную.
— В таком случае, я буду вынужден доложить командиру батальона, что его подчиненный днем гуляет по воинской части, вместо того чтобы учить устав…
— Я учи… — воскликнула было, но замолкла. Я поняла вдруг что он не отступится пока я не скажу. Ну, Ваня… а я была на твоей стороне, с Женей спорила, стараясь защитить. Он смотрел на меня без эмоционально, словно и не со мной десть минут назад пил чай и смеялся.
— Я жду, — раздалось его недовольное.
Я посмотрела на солдат. Понимала, если Ваня сейчас доложит обо мне Грому, я пропала. Если не убьет, то выгонит уж точно пинком под зад. И полечу я обратно в свой заснеженный Красноярск. А я так прикипела уже и к этому месту, и Снегиреву как оставлю? Она ведь без меня даже замуж нормально не выйдет. Эх, простите меня, солдатики… но выбора нет.
