Вновь появившийся усмехнулся. Большой нож сверкнул у него в руке, и он тоже шагнул вперед.
Леннокс взвел курок. И тут Виола, размахнувшись, бросила в него камень. Камень попал Ленноксу в плечо как раз в тот момент, когда он выстрелил, заставив его отпрянуть назад, к водопаду.
Выстрел в тесном пространстве прозвучал оглушительно. В воздухе раздалось эхо, которое почти заглушило шум воды.
Все застыли.
Глыба серебряной руды, отделившись от скалы, обрушилась на Леннокса. Он закричал и вскинул руки, пытаясь защититься. Обеими руками он удерживал кусок синей руды, стараясь отбросить его в сторону. Раненая рука его не выдержала, и груда обвалилась ему на голову.
– Нет! – закричал Леннокс и рухнул на пол. Еще кусок и еще, а затем целый поток серебряной руды покрыл его тело. Свеча вспыхнула, упала в воду и погасла.
– Виола! – Уильям сунул нож в рукав и перепрыгнул через разделяющий их ручей. Он подхватил ее на руки и повернулся в сторону тоннеля, приведшего их сюда.
Виола прижалась к его плечу, он обнял ее. Огромное чувство любви к ней придало ему силы.
Вслед за камнями в пещеру хлынула вода, которая непрерывно прибывала и превратилась в бурный поток, смывавший все на своем пути. Обрушение пещеры стало неминуемо. Стая крыс бросилась к образовавшемуся отверстию – самому короткому выходу на свободу.
Свеча еще мерцала. Виола встретилась глазами с Уильямом, и они кинулись из гиблого места в проход Мюллера, который снова открылся. На ходу Уильям крикнул ее брату:
– Идите за нами!
И побежал следом за крысами, держа на руках Виолу. Мужчина поспешил за ними, с трудом уклоняясь от падающих камней.
Уильям вошел в бурно мчащийся водный поток. Валуны и камни срывались с обеих сторон и скатывались в пещеру. Шум и грохот заполняли пространство и перекрывали все звуки.
– Я люблю тебя, Уильям! – крикнула Виола ему в ухо.
– Я тоже люблю тебя, Виола! – прокричал он, задыхаясь. – Если что-то случится, я всегда буду любить только тебя.
Она поцеловала его в плечо. Бог не так жесток, он не позволит им разлучиться, подумала она.
Еще несколько мгновений, и Уильям с Виолой вышли из пещеры. По гребню хребта они направились к Рио-Педрасу, лавируя среди камней и кактусов. Дождь лил как из ведра, горные вершины освещались вспышками молний.
Через некоторое время незнакомец догнал их.
– Виола, – произнес он, задыхаясь, – слава Богу, ты жива.
– Хэл? – ахнула Виола, не веря собственным глазам. Крупный нос, светлые белокурые волосы, синие глаза, такие похожие на ее. Ее дорогой брат! Она засмеялась. – Я так рада снова видеть тебя, милый брат, – обратилась она к Хэлу, но не сделала никаких попыток выбраться из объятий Уильяма.
Оглянувшись, они увидели, как сотрясается и проваливается земля. Там, где только что находилась пещера, образовалась неглубокая впадина.
– Меня можно опустить на землю, – предложила она Уильяму.
– Черта с два. Господи, Виола, когда я увидел, что Леннокс целится в тебя из револьвера… – Он вздрогнул. – Позволь, я понесу тебя еще немного, чтобы увериться в том, что ты жива.
Виола погладила его по лицу.
– Я прекрасно себя чувствую, милый. Он ничего мне не сделал.
Уильям поцеловал кончики ее пальцев. Теперь он уже не бежал, а шел.
Дождь кончился так же внезапно, как и начался. От сохнущей земли и от их одежды стал подниматься пар. В воздухе сладко пахло омытой дождем зеленью.
Наконец Уильям поставил Виолу на землю. Они вошли в Рио-Педрас с верхнего конца Мэйн-стрит рука в руке, и рядом шел Хэл.
Погонщики и рудокопы бросились им навстречу. Жители поселка аплодировали. Лили Мей и миссис Смит, сопровождаемые девушками, кричали ура.
– Слава Богу, спасены, – выпалил Лоуэлл.
– Ах, ребята, разве я не говорил вам, что святая Бриджит заботится обо всех ирландских парнях? – засмеялся Макбрайд.
– Или дьявол, – возразил Лоуэлл, и все рассмеялись. Виола прижалась к Уильяму и смеялась вместе со всеми.
– Что там было? – спросила Салли, протолкавшись сквозь толпу.
– Обрушение завалило старую стоянку Мюллера и Леннокса в придачу. Мы выбрались через старый проход, который снова открылся от паводкового потока, – коротко пояснил Уильям, не отрывая глаз от Виолы.
В грязной, мокрой и рваной одежде, с немытыми волосами, она никогда в жизни не чувствовала себя более красивой, когда Уильям с такой любовью смотрел на нее.
Она обхватила руками его лицо.
– Мистер Донован, вы женитесь на мне? – Он смотрел на нее, раскрыв рот.
Толпа замолчала. Даже Салли затихла, прислушиваясь. Виола забормотала:
– Конечно, если есть еще кто-то…
– Ну конечно, да, я женюсь на вас! – заорал Уильям. Он обхватил ее руками и поцеловал так, что оба задохнулись.
Когда он наконец поднял голову, а Виола пришла в себя, в толпе раздались приветственные крики. Молодая женщина вспыхнула, но кивнула и улыбнулась.
– Виола, – прошипел Хэл.
Виола посмотрела на Уильяма и пошла следом за братом к тротуару, подальше от толчеи на мостовой. Хэл взял ее руки в свои лапищи.
– Не стоит тебе выходить за него, Виола. Ты можешь вернуться домой. Клянусь, я никогда никому не расскажу о том, что здесь произошло.
