— Как известно, швейцары в отелях, в ресторанах имеют на людей наметаный глаз…И вот тот швейцар, который работал в день исчезновения капитана, обратил внимание на короткий, странный, и, по-моему, для нас важный эпизод. Он мог ему не придать никакого значения, если бы, как он признался, его не спросили о человеке, которого он и запомнил-то благодаря бороде и, вопросу, заданному им же, нет ли в отеле парикмахерской. Швейцар ему ответил, что да, есть-на втором этаже. Впрочем, он не направился тот час же в парикмахерскую, а пошел в ресторан. Это случилось рано утром. И затем швейцар его снова увидел, когда капитан выходил из ресторана. За ним вышли двое молодых мужчин. Они остановились у дверей и внимательно смотрели ему вслед пока он не вошел в лифт. Далее швейцар отлучился по своим делам, прямо говоря, в туалет и больше ни капитана, ни тех мужчин не видел. Я показал ему фотографии людей из джипа. Ответил уклончиво. И не мудрено. Лица мертвецов значительно повреждены в результате аварии.
Ипахака замолчал. Старший инспектор не торопился высказывать свои соображения. Молчание, однако, длилось недолго. Он иногда позволял себе длинные разговоры разнообразить шуткой.
— То, что инспектор Ипахака-мастер фантазировать, это нам известно. В то же время он-опытный сыщик.
Ипахака не успел обидеться на своего начальника, так как вслед за упреком последовал комплимент. Старший инспектор выдержал положенную ему паузу, а Ипахака с нетерпением ожидал от него окончательной оценки его плана.
— Да, иногда, — старший инспектор почему-то сделал особеный упор на слове иногда, — казалось бы абсурдный, по-детски наивный шаг, приводит к хорошему результату. А вот…., вроде рассчитанный и квалифицированный — к отрицательному. Вероятно, не всякое мероприятие должно проводиться в классическом варианте. Мои слова относятся к варианту с приглашением женщины. Надо попробовать…Возможно, и удастся изловить какую-нибудь птичку… Не получится, так не получится. Зато званная гостья полюбуется красотами Сингапура.
Своим одобрением плана, предложенным инспектором Ипахака, он привел разыскной механизм в действие. Однако, заметил:
— Инспектор, за работу, но не забывайте обо мне…
Первый телефонный звонок из далекого Сингапура Анну не только удивил, а прямо сказать, по настоящему взволновал. Да. Конечно, она не забыла русского капитана и иногда грустно улыбнувшись, вспоминала.
Последующий звонок из того же Сингапура вообще произвел фурор в ее спокойной жизни. Как будто бы кто-то на ее устоявшейся, простой и будничной жизненной дороге поставил огромные ворота с вывеской «Войти-пожалуйста. Выйти — не даем гарантии.» Подобная реклама заинтригует не всякую женщину в возрасте.
Инспектор подробно и доходчиво многое объяснил, неплохо владея французским языком. И то, что Анна услышала, восприняла более как детективное кино, нежели, как жизненную ситуацию. Прежде всего она была шокирована тем, что именно с тем капитаном, с которым она познакомилась в самолете, произошла очень странная, почти фантастическая история. Однако, предложение инспектора из Сингапура её не только не напугало, а даже одним мгновением вовлекло, словно бурный горный поток, в новый смысл жизни. Это мгновение ей подсказало: она может помочь человеку, попавшему в беду.
На сборы ушло немного времени. Директор колледжа, в котором она учительствовала, был удивлен не менее, чем она сама. Но повод его удивления был иным. В просьбе на отпуск Анна не указала причину. Директор не понимал и мыслил исключительно по-немецки. Для чего ей, весьма авторитетному преподавателю, нужно брать отпуск во время учебного года, если на то существуют летние каникулы. В конце концов, подумал так: «Незамужняя, свободная, красивая женщина. Завела много обещающий роман. И имею ли я право помешать её счастью?» Честно говоря не был бы он директором, если бы руководствовался только добрыми чувствами к своим подчиненным. Существовали законы и правила образовательной системы, которые требовали их выполнения. Директору пришлось вторично поговорить с Анной. На этот раз она вкратце ему рассказала о той миссии, которая выпала на её долю. Директор долго, внимательно, глубокомысленно глядел на преподавательницу, словно прощаясь с ней навсегда.
В цепочке пассажиров, идущих со стороны паспортного контроля в зал инспектор Ипахака и Ли одновременно заметили элегантную, светловолосую женщину. В одной руке она держала легкий, небольшой саквояж, в котором могли уместиться плащ, платье и на всякий случай запасная пара обуви, другой придержила сумочку, перекинутую ремешком через плечо. Она шла свободно и прямо, изредка посматривая по сторонам. По всем признакам, это была Анна Бергорф.
Инспектор в руке держал букет из трех алых роз и немного волновался. Ему впервые приходилось встречать иностранку из Европы, и в принцие по своей же воле оказываться в щекотливом положении. И тут уж ничего не поделаешь. Как говорится назвался груздем, полезай в кузов. Не отнимая внимательного взгляда от гостьи, он не вытерпел и тихо пройзнес:
