С противоположной стороны от босса у стола стояли три стула, на один из которых Тоболин и опустился. Прикинул содержание вопросов. Ничего мудреного в них не было. Обычные анкетные данные и вся рабочая деятельность в должности капитана в последовательном порядке. Отдельными параграфами требовалось указать диплом и международные сертификаты. Просмотрев полностью вопросник, Тоболин засомневался в заполнении анкеты по части подтверждения его деятельности в должности капитана. Подтвердить документально он не имел возможности. Нужно было делать запрос в компанию, где он работал. И на подобный вопрос Китонга ответил:
— Капитан, не беспокойтесь. Мы вам верим.
Не более часа ушло на заполнение документа. И когда он был готов, Тоболин подал бумагу Китонге. Тот в свою очередь, быстро просмотрев, передал одному из компьютерщиков.
Тем временем откуда-то появилась симпатичная молодая малайка. В руках она держала посеребренный поднос, на котором стояли бутылка виски, хрустальные бокалы и стеклянная небольшая ваза, до краев заполненная кусочками льда. Девушка, поглядывая кроткими глазами на своего босса, молчаливо, покорно ожидала. А прежде чем приступить к последнему и неофициальному параграфу сделки (закрепить глотком виски), Китонга обратился к уже состоявшемуся капитану:
— Мистер Тоболин, какую бы вы хотели иметь зарплату?
Вопрос для Тоболина оказался неожиданным, как и многое другое за эти последние два дня. Китонга заметил неопределенность на его лице и, любезно улыбнувшись, сказал:
— Понимаю, для вас такой подход новый, но мы обязаны прислушиваться к мнению специалистов, которых принимаем на работу.
Тоболин преодолел возникшую заминку и дал ответ:
— В принципе, не моя задача определять сколько я должен получать.
Отвечая таким образом, Тоболин догадывался, не Китонга назначает зарплату капитанам. Наверняка ее пределы уже сообщены в ответе из Гонконга.
— Вас устраивает три тысячи восемьсот долларов США? — спросил Китонга.
— Вполне, — согласился Тоболин, по существу не зная много это или мало. К тому же он пока не имел представления, что за судно и какого водоизмещения. Рядом оказался Касатака и, кажется, в самый нужный момент. Разливая виски по бокалам, обратился к Тоболину:
— Господина капитана, как говорят руськие, ето деля нюзно обьмить? Я сказял прявильня?
Ответа и не потребовалось, все одновременно засмеялись, а Китонга, беря с подноса бокал, предложил:
— Берите, господа и выпьем за благополучное плавание.
Поднимая свой бокал, Тоболин с недоумением подумал: «Пьем за плавание, а я еще не знаю, за какое…»
Размешивая палочкой лед в бокале, Китонга как бы случайно поинтересовался:
— Рейс на Европу для вас подходит? Кажется, таким было ваше желание?
Вопросы у Тоболины вызвал немалое удивление. По его понятию рейс означает конкретно: Фрахтователь, количество и категория груза, порты захода, продолжительность плавания, а не общее направление движения судна.
— Простите, господин Китонга, но я еще не в курсе дела…Что касается Европы, я действительно это имел ввиду.
Босс перевел взгляд на Касатаку. Тоболин также на него посмотрел. Бросилась в глаза вдруг покрасневшая на щеке бородавка. Поскольку тот похоже не собирался ничего объяснять, Китонга, нисколько не стушевавшись, разъяснил сам:
— Господин Касатака должен был с вами предварительно переговорить…
Снова короткий взгляд на Касатаку. И в то время, как Тоболин мог подумать о неувязке между боссом и его агентом, коротко и загадочно высказался Касатака:
— Извините, босс, той информацией, которой обладаете вы, я не успел получить….
И тогда Китонга продолжил:
— Господин Касатака посчитал разговор преждевременным и безусловно прав. Потому я сам обрисую вашу работу. Судно «Голубая линия Гонконга» стоит на нашем рейде. Капитан Том Стиверт неожиданно заболел и сейчас находится в госпитале. Рейс до Гонконга продолжите вы. Там предстоит выгрузка, а затем, как обычно, на Европу.
Внимательный взгляд на Тоболина. Китонга не отвел глаз до тех пор, пока не услышал от него комментарий. Вопросов у Тоболина, как уже капитана реального судна, возникло немало и одни из них о капитане Стиверте, однако посчитал разрешать их придется ему уже будучи на судне. А высказать свое мнение он был обязан.
— Благодарю вас, господин Китонга. Надеюсь, все будет в порядке.
— Мы и не сомневаемся, господин капитан, — поддержал его Китонга.
Бокал, из которого только что пил Китонга, стоял уже на подносе, а сам, он усаживаясь в кресло, продолжил разговор.
— Компания имеет еще две свободные вакансий. Я не предложил их вам на выбор лишь потому, что нужно лететь самолетом. Сами понимаете, время-деньги. Одно судно стоит в южной Америке, другое в Египте. Для нас не составляет особого труда найти капитанов на месте. Вы же в данном случае ничего не прогадаете.
И все-таки, Тоболин решил заехать в агенство Ли. Его самого в офиссе не оказалось и пришлось с полчаса подождать. И когда он появился, то его первыми словами были:
— Вас, капитан, поздравлять или еще рано…?
— Как будто бы устроился, — без торжественности ответил Тоболин.
