Сам он не знал, радоваться ли назначению на иностранное судно или пока воздержаться.
Ли порылся в кипе бумаг и, подцепив одну двумя пальцами, подавая Тоболину, предупредил:
— От вашего руководства…
Поблагодарив агента, Тоболин быстро пробежал глазами по тексту. Судовладелец давал «добро» на контрактную работу безо всяких условий.
Тоболин собирался покинуть агенство, когда услыхал от Ли напутственные слова:
— Как бы там не сложились обстоятельства, в случае надобности обращайтесь ко мне. В любом случае вы являетесь капитаном компании, с которой у меня традиционные связи.
— Спасибо, Ли, — успел сказать Тоболин и хотел добавить еще несколько слов, но помешали двое посетителей, неожиданно появившиеся в офисе. Разговаривали они громко, по — русски. Тоболин решил выждать время и не отвлекать Ли. Один из вошедших был худощав, среднего роста, другой имел грузное тело и большой живот, повисший над ремнем толстой складкой. Тоболин взглянул на него с жалостью. Подъем даже на второй этаж дался ему нелегко. В помещении они разъединились, и тот, что похудее и помоложе, поздоровавшись с агентом, что — то спросил. Лио с минуту ему объяснял, после чего он, усевшись за стол для посетителей, принялся выгружать бумаги из диплолмата, очевидно, отыскивая нужную. А толстый, дыша с натугой, повернув красное, в капельках пота лицо в сторону Тоболина, принимая его за служащего агенства, спросил по — русски разрешения позвонить по телефону. Ли, догадавшись, что обращение касается его, усмехнулся и без слов проводил человека в помещение, расположенное за стеклянной перегородкой. Другой же в это время, закончив дела с бумагами, безошибочно признавая в Тоболине россиянина, немедленно к нему подошел.
— Здравствуйте. Мне кажется, вы свой человек.
Подобное обращение вызвало на лице Тоболина улыбку.
— Если считать, что я русский, то вы не ошиблись.
— Виктор Петрович, капитан транспортного рефрижератора «Черное море», — протягивая руку первым представился тот.
— Александр Андреевич, тоже капитан, но пока своего судна не видел, хотя и приобрел, — сказал Тоболин.
— Что значит не видели? — Полюбопытствовал капитан рефрижератора.
— Судно стоит на рейде, а направление получил… — Тоболин взглянул на ручные часы, — …Ровно полтора часа тому назад.
— Так поедем ко мне! — Обрадованно заговорил Виктор Петрович. — Мы стоим у причала. Хряпнем по паре рюмашек, поговорим…Очень соскучился по новым людям.
Тоболин отказался.
— Извините, Виктор Петрович, с удовольствием бы. Но имею дефицит времени. Судно на выходе.
— Жаль, жаль, а то бы по рюмочке, — с искренним сожалением сказал капитан, а взглянув на спину толстяка, разговаривающего по телефону, помрачнел и раздраженным голосом начал рассказывать:
— Еле приползли из Адена. Бывает же такое…Навязали мне в рейс нового старшего механника….
Он снова посмотрел на спину толстяка и, не стесняясь своего коллеги, негромко продолжил.
— Понимаете, дуб дубом…Двадцать лет просидел в кабинете и перед пенсией решил прогуляться по океанам. На машину глядит как баран на новые ворота. Знания — ниже уровня четвертого механника…Мало того…имеет препаршивый характер…Гонора больше, чем у министра. И машину доломал таки…Теперь просит ремонта! А откуда взять времени? У него видите ли своя система обслуживания…
И, обращаясь к Тоболину как бы за поддержкой, заметил:
— Приходилось иметь дело с такими специалистами?
Тоболин, удивляясь откровенности капитана, неуверенно ответил:
— Вроде, бывали всякие.
— Я сказал ему все, что о нем думал. Пускай теперь сам звонит своему начальству и получает подзатыльники. А у вас что за судно и куда держите путь?
— «Голубая линия Гонконга». В Гонконг и направимся.
Иностранное название судна явно вызвало любопытство у Виктора Петровича и он хотел было задать новый вопрос, но подошел его старший механик. Тоболин поспешил распрощаться.
Последнюю ночь Тоболин решил провести в отеле. «Голубая линия Гонконга» стояла на якоре вначале Восточного рейда.
В семь утра за ним заехал Касатака и довез на своей машине до пассажирского причала. Дальнейшее сопровождение нового капитана «Голубой линии Гонконга» не было предусмотрено…Касатака, договорившись со шкипером одного из ланчев по доставке на судно Тоболина, помог ему поднести чемодан.
Раннее утро, с моря веяло прохладой. Город давно уже проснулся, напоминая отдаленным густым шумом человеческой жизнедеятельности. Здесь, у моря она еще не так заметна и, казалось, в полусонном состоянии находились не только шкипера многочисленной флотилии разъездных катеров, ланчей, баржонок, плашкоутов, но и сама природа, море и лениво покачивающиеся на рейде корабли.
Тоболин в душе простившийся с берегом, стоял на палубе ланча, повернувшись лицом к отдаляющемуся причалу только для того, чтобы соблюсти правила приличия, помахать Касатаке рукой. Тот также, соблюдая морской этикет, не торопился покидать причал. И вот ланч подошел к повороту, за которым должен скрыться. Оба, Тоболин и Касатака, одновременно, словно сговорившись, помахали друг другу руками.
