Что же произойдет тогда с современной литературой, как с областью человеческой деятельности, направленной на создание письменных текстов? Увы, видимо, и она исчезнет. Останется частью прошлого — как многие другие человеческие практики, столь милые сердцам тех, кто был в них в свое время вовлечен. Возможно, новые книги будут создаваться и даже читаться некими группами книгопоклонников (подобно тому как существуют и доныне, в «постлошадный период» и конный спорт, и конный туризм, и даже конная милиция), но все это будет происходить уже на периферии человеческой культуры, играя в общей картине интересов и духовных устремлений человечества крайне малую и незначительную роль.
Постойте, как же так?! — спросит упорный читатель. А куда же денутся тогда все те души прекрасные (и прочие) порывы, которые всегда толкали людей на сочинение стихов, романов и вообще литературных произведений? Неужели и они сразу отомрут только потому, что никто не захочет распространять и читать книги? Должны же они как-то реализовываться и в эту вашу гипотетическую постписьменную эпоху?
И вот здесь я наконец-то могу радостно согласиться с вами, уважаемый читатель. Безусловно, творческий потенциал, ранее реализовывавшийся в виде письменных литературных текстов, никуда не денется. Просто на первый план выйдут другие средства его реализации. Какие именно? Читайте вторую часть этой статьи.
<p>Часть 2. Заре навстречу, или Куда податься безработному писателю после кончины литературы</p>Допустим, я вас в чем-то убедил, и вы хоть на минуту поверили, что письменные тексты скоро исчезнут из нашей жизни, как некогда исчезли из нее, казалось, вечные спутники людей, лошади (см. первую часть статьи «Закат буквы или О хорошем отношении к лошадям»). Что же дальше? А дальше, уважаемые [пока еще читатели], начинается самое интересное. Потому что и лошади ведь не просто так исчезли из нашего обихода по прихоти кучки злодеев-конефобов. Потребности людей, которые ранее удовлетворяли лошади, никуда не делись, но в двадцатом веке для насыщения каждой из них было найдено новое, более эффективное средство. Лошади были вытеснены в результате жестокой конкурентной борьбы, и их место заняли автомобили, мотоциклы, метро, двигатели внутреннего сгорания, электричество… Заметьте — не появилось единое техническое средство «заменитель лошади» или «лошадь-робот». Появилось несколько новых средств, каждое из которых отвечало только одной потребности — возить на себе седока, толкать транспортную повозку, приводить в движение механизмы — но уж этой функции оно отвечало идеально, или, как минимум, значительно лучше, чем прежняя «универсальная» лошадь.
Также, я думаю, случится и с литературой в грядущую «постписьменную» эпоху. Все те различные творческие потребности человека, которые сегодня удовлетворяются единым путем написания и опубликования литературных текстов, в новую эпоху будут удовлетворяться другими, причем несколькими и различными способами. Место традиционной письменной литературы займут такие творческие практики, которые в настоящее время еще не существуют, либо считаются внелитературными или «паралитературными». И первое, что здесь кажется очевидным, пути прозы и поэзии, ранее на некоторое время искусственно объединенные понятием «книги» и «публикации», вновь и окончательно разойдутся.
Для того чтобы представить себе, что ждет в будущем литературу как вид искусства (более точно — художественную литературу, fiction), следует, прежде всего, разобраться в том, какую функцию она выполняет по отношению ко всем тем «лицам», с которыми связано, и которыми определяется ее существование. Иными словами, зачем пишет писатель, зачем читает читатель и зачем издает издатель. (Критиков, кураторов окололитературных мероприятий и прочих персонажей этого ряда в данном случае можно смело вынести за рамки рассмотрения как явления второго порядка малости.)
Поведению и намерениям читателей и издателей мы достаточно много времени посвятили в первой части. Как выяснилось, тенденция здесь волне определенная — читают и будут читать письменные тексты все меньше; издают пока неплохо, однако в какой-то момент (и достаточно резко) издавать практически перестанут, поскольку это станет просто нецелесообразно с точки зрения бизнеса. Таким образом, в рядах тех, кому все еще нужно, чтобы литературные звезды зажигали, остаются только писатели. Вот мы и попробуем далее разобраться, зачем нужна литература писателям, и так ли она им нужна на самом деле.
