Его разум снова вернулся к тем вопросам, которые мучили его. И, несмотря на все сложности, он чувствовал, что ответы начали проявляться — они не были такими ясными, как код в его старом мире, но они все же были. В этом лагере, среди людей, которые боролись за свою жизнь, он находил то, чего не хватало ему раньше. Чувство принадлежности. Это было важно.
Глитч закрыл глаза и, как всегда, дал себе обещание продолжить. На следующий день он будет работать с Зоей. Это не было большим шагом, но для него это было прогрессом. В мире, где каждый день был борьбой за выживание, каждый шаг, каждое слово, каждый взгляд мог означать многое. И этот новый мир, который он начал понимать, оказался гораздо более сложным и многослойным, чем тот, из которого он пришёл. Но чем больше он пытался адаптироваться, тем сильнее ощущал, что здесь, среди этих людей, он может найти свою роль.
Мысленно Глитч прошептал себе, как всегда перед сном:
— Завтра будет новый день. И я буду готов.
Занавес на ночь опустился, и лагерь снова погрузился в тишину, но для Глитча она была наполнена новыми мыслями, которые обещали быть не менее важными, чем его работа.
Через неделю в лагере должен был пройти конкурс — соревнование между различными группами, на котором решалась не только сила, но и сплоченность. Приз был важным: ресурсы, которые позволяли бы лагерю выжить ещё немного, немного продлить их борьбу против Матрицы. Это была не просто развлекательная игра — это был шанс для каждого участника, шанс для их группы, шанс для всего лагеря.
Глитч узнал об этом по дороге, когда снова помогал настроить систему фильтрации воды. Один из повстанцев, по имени Ваня, подошёл к нему с каким-то странным видом, что-то шепча себе под нос. Он был крупным и немного неуклюжим, но на удивление добрым.
— Эй, ты слышал, что будет конкурс? — спросил он, озираясь, как будто кто-то мог подслушивать.
Глитч кивнул, стараясь не выдать своего удивления. Он не знал, что было подобное событие, и с самого начала не понимал, зачем нужно устраивать что-то вроде соревнования в таких условиях.
— Придётся принять участие? — Глитч спросил, на всякий случай.
Ваня хмыкнул.
— Ну, если хочешь или не хочешь, но ресурсы не вечны, так что… чем больше участников, тем больше шансов для нас всех. Понимаешь, да?
Глитч не знал, что ещё можно ответить. Его желание участвовать в таких делах было минимальным. Но с другой стороны, он осознавал, что это шанс не просто доказать свою пользу лагерю, но и показать, что он не просто чужак, а кто-то, кто может действительно помочь. Это было важнее, чем его личные переживания.
— Я подумаю, — ответил он и продолжил работать.
Прошла неделя, и атмосфера вокруг конкурса начала нарастать. Люди готовились, что-то обсуждали, планировали, тренировали навыки, собирали необходимые инструменты и припасы. Глитч продолжал свою обычную работу, но теперь его взгляд периодически скользил по тем, кто был в центре всех обсуждений. Это ощущение вовлеченности стало всё более навязчивым.
Зоя, как всегда, оставалась на стороне, где было тихо, среди команды, которая занималась подготовкой. Она не была частью основной группы, но её действия оставались важными — её навыки работы с кодом, аналитика. Глитч заметил, как она иногда посматривала на него, а затем отворачивалась. Эти короткие взгляды теперь стали немного чаще, но ничего не менялось в её поведении. Она продолжала держаться на дистанции.
И вот однажды вечером, когда Глитч сидел за столом и проверял очередной протокол настройки связи, к нему подошла Зоя. Он поднял взгляд, ожидая, что она скажет что-то короткое и отвлечённое, как всегда.
— Ты ведь знаешь о конкурсе, да? — сказала она, не глядя в его сторону. Голос её был ровным, но какой-то напряжённо скрытным.
Глитч кивнул, отвечая: — Да, слышал. Уже подготовился к тому, чтобы просто наблюдать.
Зоя, не переставая смотреть в экран, сделала паузу. Потом добавила:
— Я думаю, тебе стоит участвовать. Ты же… можешь помочь нам. Это важно. И не только для лагеря, но и для твоей репутации. — Голос её был резким, как всегда, но в этом предложении была какая-то лёгкость, как будто она сама оттолкнула свои сомнения.
Глитч не сразу понял, что она имела в виду. Он посмотрел на неё, снова пытаясь осмыслить её слова.
— Почему ты хочешь, чтобы я участвовал? — спросил он осторожно, не желая выглядеть слишком любопытным.