Это был момент, который всё менял. Не в смысле работы, не в смысле расследования. Это был момент, когда они, наконец, стали чем-то больше, чем просто два человека, движущихся по пути, который каждый из них выбирал для себя.
— Пойдём. — Зоя подняла голову, её лицо стало немного мягче, как если бы она решила, что сегодня можно было бы немного забыть обо всём, что происходило вокруг.
Они пошли дальше, и каждый шаг был частью чего-то нового. Что-то гораздо более значимого.
Время шло, и напряжение в лагере становилось всё ощутимее. Хотя они продолжали работать над расследованием, убийства продолжались, и с каждым новым инцидентом Глитч чувствовал, как нечто тёмное и опасное приближается. Разговоры о вирусе и убийце становились всё более тревожными, и вскоре стало понятно, что не только Глитч и Зоя, но и всё поселение находятся на грани настоящей войны.
Однажды утром, когда Глитч и Зоя снова сидели перед терминалами, скрупулёзно анализируя последние данные, в лагерь ворвалась группа повстанцев, их лица были напряжены и затмённы тревогой.
— Началось, — сказал один из них, его голос был низким и тяжёлым. — Убийца не просто прячется. Он выложил свои карты. Мы под ударом.
Глитч почувствовал, как холодный пот скатывается по его спине. Он оглянулся на Зою, которая казалась в этот момент ещё более напряжённой, чем он. Это был момент, когда всё изменилось. Этот момент ознаменовал начало войны.
— Ты в порядке? — Зоя спросила, и её глаза были полны беспокойства, но Глитч понял, что она пыталась сохранять спокойствие не только для себя, но и для него. Она не позволяла себе паниковать, но он видел, как её рука нервно сжала край стола.
— Да, — ответил Глитч, пытаясь не показать, насколько всё это его пугает. Но внутреннее напряжение нарастало. Он почувствовал, как этот мир, в который он попытался вписаться, опять начинает рушиться. Каждое слово, каждый шаг теперь были важными. И с каждым шагом всё становилось опасней.
Вскоре после этого события они собрались в центре лагеря, вокруг уже были несколько человек из разных группировок, и все они выглядели готовыми к тому, что придется не только защищать лагерь, но и бороться за выживание. Напряжение висело в воздухе. Глитч чувствовал, как его сердце начинает биться быстрее. Он и Зоя стояли рядом, но казалось, что они сейчас — не просто два человека, а части огромной машины, которую вот-вот закрутит этот смертоносный вихрь.
— Он нападёт сегодня ночью, — сказал командир лагеря, его лицо было каменным. — Мы должны быть готовы. Он не просто убийца, он — вирус. Его цель — разрушить нас изнутри.
Зоя подошла к командиру и начала тихо обсуждать детали плана. Глитч стоял рядом, пытаясь собраться с мыслями, но внутренний хаос не отпускал. Вирус, убийца, с которым они столкнулись, был не просто физической угрозой. Это был вирус, который мог контролировать людей, выводить их из равновесия, заставлять совершать ужасные поступки.
— Ты уверен? — спросил Глитч, обращаясь к командиру. — Ты говоришь, что он просто человек, но я чувствую, что это не так. Он не просто убивает. Он управляет людьми.
Командир взглянул на него с осторожностью, но потом кивнул.
— Ты прав. Но у нас нет выбора. Мы должны сдерживать его. Это будет не просто бой. Это будет борьба за то, чтобы остаться людьми.
Глитч ощущал, как в его груди сжимается что-то тяжелое. Это были не просто слова. Это было всё, что они могли сделать в этой ситуации. Он понимал, что война, о которой они говорили, не просто физическая. Это была война за человечность, за способность сохранить себя среди хаоса и страха.
Ночь наступила быстро, и с её наступлением в лагере повисла тревожная тишина. Глитч не мог избавиться от ощущения, что что-то готово прорваться, будто сам воздух был напряжён, готовый разорваться на части.
Зоя, как и все, подготовила своё оружие. Она выглядела собранной, но Глитч заметил, как её взгляд был всё таким же напряжённым, как и у всех. Она всё больше привязывалась к нему, но даже в этой ситуации она не позволяла себе расслабиться.
— Ты в порядке? — спросил он её в темноте, когда они проходили мимо стены из контейнеров, вооружённые и готовые к бою.
Зоя повернулась к нему, её глаза отражали холодный свет, исходящий от ближайших экранов, и она слегка улыбнулась, хотя эта улыбка была больше как маска.
— Всё будет хорошо, — ответила она, но её голос был чуть дрожащим. — Мы справимся. Вместе.
Глитч почувствовал, как её слова сжали его сердце. Они были не просто партнёры по делу. Теперь они были больше, чем просто люди, которые сражаются за выживание. Они были единственными, кто мог остановить это. Он не знал, насколько долго они смогут продержаться, но он знал одно — если они не будут держаться вместе, всё может закончиться гораздо быстрее, чем они себе представляют.
Время шло, и ночь становилась всё более зловещей. Внезапно лагерь всколыхнулся: где-то на расстоянии прогремел взрыв. Весь лагерь замер, а затем раздались крики. Это было началом.