Тепло, сухо и даже уютно. Довольный желудок занят перевариванием еды. Совершенно незаметно Виант задремал. Запах сосисок навивает приятные сны… Неожиданно защёлкал замок. Виант рывком вскочил на четыре лапы. Тело напряглось, а глаза принялись судорожно оглядываться по сторонам.
Да что б вас, Виант бухнулся обратно на мягкую и чистую перчатку. Всё нервы проклятые, ложная тревога. Во внешнем мире наступило утро, хозяин общепита вернулся в свой кабинет. Виант навострил уши – да, точно он. Знакомый грубый голос уже на кого-то орёт, может даже матюгами. Впрочем, Виант вытянулся во весь рост, ничего страшного. Главное, не обращать внимания. У людей начался день, а у крыс ночь.
Глава 9. Тёмный лес с лисами и совами
Треск дверного замка. Виант моментально вскочил с импровизированной постели как ошпаренный. Сердце бешено заколотилось, тело напряглось, а лапы наполовину согнулись. Ещё миг, дай только повод, и он рванёт в сторону спасительной дыры между деревянными брусками. Но зачем куда-то бежать? Виант сел на задницу.
Нервы, нервы, всё нервы проклятые. Ничего не случилось, ничегошеньки. Просто хозяин общепита вышел из кабинета и запер за собой дверь. Виант навострил уши – так оно и есть, по ту сторону тонкой фанеры тишина. Ни шагов, ни ругани, ни шороха стульев.
Сердце перестало колотиться с утроенной силой, а лапы несколько расслабились. Так-то лучше. Виант развернул интерфейс игры, с каждым разом сделать это получается всё проще и быстрее. Нужные навыки успешно проникают под корку. Впрочем, ладно.
Символы в правом нижнем углу, по идее, должны быть местным временем. Вполне логично, только напрягает количество символов. Всего пять: два, точка и ещё три. Что это? Часы? Минуты? Секунды? Хотя, на последнее, вроде как, совсем непохоже. Нужно, нужно, кровь из носа нужно учить местный язык, но упорно не хочется. Ладно, Виант свернул интерфейс игры. Пора действовать. Чем быстрее он дойдёт до цели игры, тем быстрее сможет выбраться из этого дурдома.
«Спальня» за декоративной панелью в кабинете владельца общепита – не самое тихое место. Причём далеко не самое тихое. В течение дня Виант просыпался и вскакивал на лапы не меньше десяти раз. Его то и дело будил то грубый голос владельца, что чересчур громкие шаги, то противный писк местного телефона. Один раз Вианта едва ли не пинком выгнал из блаженного сна звон разбитого стекла. Впрочем, нужно признать, мелкие докуки не помешали ему великолепно отоспаться.
Едва Виант продрал глаза и размял лапы, как потребность облегчиться тут же выгнала его в крысиный лаз под доски пола в кабинет. Компьютерная игра, чтоб её, реальней некуда. Здесь существует не только потребность спать не меньше восьми часов в сутки, а ещё и облегчаться самым натуральным образом. Причём крысе туалетная бумага не полагается. Зато после Виант наведался в заветную кладовочку. Вожделенный брусок сыра благополучно простоял весь день за квадратной ножкой металлического шкафчика. Конечно, в самую первую очередь нужно съесть сосиски, пока не испортились, но Вианту захотелось разнообразия. Да и, признаться, сыр, пусть даже самый обычный и дешёвый, был очень редким гостем в столовой колонии Облако. А когда-то на воле Виант весьма любил перекусить на скорую руку большим бутербродом с сыром.
Желудок по самое не хочу забит едой и водой. Словно пьяный, то и дело пошатываясь на ходу, Виант с трудом вскарабкался по бетонной стене до узкого подоконника маленького подвального окошка. Отправляться на полный желудок в путешествие, когда, того и гляди, придётся бегать, а то и удирать, не лучшее решение. Только, увы, с собой не получилось унести ни крошки душистого и невероятно вкусного сыра. Как бы ни хотелось идти налегке, но полный желудок – единственный возможный вариант. Иначе большую часть ночи придётся тупо потратить на поиски еды.
Щель в стальной сетке словно портал в другой мир, хотя отчасти так оно и есть. Виант осторожно высунул наружу нос. Переулок между домами погружен во тьму. Лишь то тут, то там одинокими островками света сияют редкие фонари над дверными косяками. Виант потянул носом и навострил уши – никого и ничего нет.
Ни людей, ни собак, ни кошек в тёмном переулке не видно и не слышно. Виант в нерешительности переступил с лапы на лапу, однако всё равно боязно пуститься в путь по такой опасной поверхности. Воспалённое воображение то и дело рисует перед внутренним взором то свирепые собачьи морды, то острейшие кошачьи когти. Особенно, почему-то, пугают женщины, которые дико орут и швыряются туфлями. Виант невольно поёжился, получить каблуком по хребту как-то очень не хочется.
Ладно, хватит пугать самого себя! Злость на собственную трусость и нерешительность разлилась по телу расправленным свинцом. Уж лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Виант самым решительным образом, пусть и немного нервно, выскочил на холодный асфальт. Как говорят умные люди в подобных случаях: будут бить, будешь плакать.
