Выделенная локация, где Верблюду довелось прожить больше трёх лет, довольно большая. Как-никак, а это круг диаметром в десять километров и площадью почти в восемьдесят квадратных километров. Зинганан плотно и практически целиком застроен кирпичными домами в двадцать-двадцать пять этажей. В таких условиях искать банду Забоя слишком рискованно. Можно легко и вдруг из охотника превратиться в жертву. Тут уж кто кого первым заметить. А если Забой с подельниками засел за пределами Зинганана? Тогда поиски станут ещё и бесполезными.
Самый простой и эффективный способ найти Забоя с подельниками – устроить охоту на живца. В качестве последнего вполне сгодится звуковая ловушка. Это ещё четыре месяца назад Гаочан был шумным городом, где по улицам и проспектам шуршали шинами и бибикали десятки тысяч машин. Не говоря уже о миллионах прохожих, которые не ходили с завязанными ртами. Теперь же Гаочан мёртвый город. Даже в час пик на его улицах царит неживая тишина. Лишь ветер иногда шумит в выбитых окнах. Так что взрыв гранаты, тем более свето-шумовой, может и должен привлечь внимание бандитов.
Терпение – благодетель, но на этот раз удалось обойтись без него. Не прошло и двадцати минут, как на Грейскую площадь со стороны набережной Нинхаи с треском и матюгами ввалились бандиты. Верблюд тут же подхватил с колен «Астану».
Забой, вот ты какой, Верблюд усмехнулся. В перекрестье оптического прицела Забой похож на сбежавшего из психушки клоуна. Поверх чёрной куртки и джинсов главарь банды нацепил обрывки амуниции полицейского. Пластиковые щитки смотрятся на его тощей фигуре нелепо, как седло на корове. На голове Забоя причёска в стиле «взрыв на макаронной фабрике». Волосы срезаны грубо, кое-как, прямо ножом. Лицо выглядит аналогично. Если Забой и бреется, то, в лучшем случае, раз в неделю, причём очень тупым лезвием. Грязные руки сжимают электромагнитный автомат. Наверно всё тот же, что он снял с трупа полицейского в «Антикварной мастерской». Квадратный ствол и ствольная коробка усеяны грязными пятнами. Впрочем, как и сам Забой. В мирной жизни он мылся хотя бы раз в неделю. А теперь же начисто забыл, что такое мыло, шампунь и зубная щётка. А это очень плохой признак. Деградация как раз начинается с грязных рук и небритых щёк.
Под стать Забою вся его кодла. Бандиты как на подбор грязные, заросшие. Точно такие же поношенные куртки и штаны кое-как прикрыты полицейскими щитками.
Военной подготовки вообще никакой. Забой с подельниками ввалился на Грейскую площадь толпой громогласных баранов. Лишь так, прикола ради, бандиты огляделись по сторонам. Развеялись последние сомнения: Забой с подельниками и в самом деле считают Зинганан своим феодом. Они здесь хозяева, они самые крутые на районе чуваки. А хозяевам не полагается прятаться. Наоборот! Все лохи тут же должны всосать, кто в Зинганане самый крутой.
До наступления темноты осталось меньше половины местного часа. Верблюд специально подгадал время таким образом. Ведь у него есть очки ночного зрения, а у бандитов их нет. Однако пришлось понервничать, пока Забой с подельниками обследовали площадь. Откровенно говоря, «обследовали» – это громко сказано. Если бы один из бандитов едва не поскользнулся на стреляных гильзах, то они вообще ничего бы не нашли и не заметили бы.
О чём там базарил Забой с подельниками – бог его знает. Главарь несколько раз махнул рукой, кому-то показал кулак, после чего банда гурьбой повалила обратно по Весенней улице в сторону набережной Нинхаи.
Невероятно! И как только Забой с подельниками умудрился пережить эти четыре месяца после конца света? «Астана» закинута за спину, Верблюд торопливо двинулся к выходу из квартиры на втором этаже. Наверняка так и умудрились – мародёркой: слабых грабили и убивали, а от сильных сами что было мочи уносили ноги. Ну а когда Зинганан целиком и полностью опустел, Забой вообразил себя царём и богом в одном лице.
Ну нельзя же так! Верблюд притаился за очередной брошенной легковушкой. Бандиты даже не пытаются запутать следы или хотя бы проверить, не увязался ли за ними кто-нибудь ненароком. Ведь граната не зря бабахнула на Грейской площади. А россыпь гильз говорит о том, что у кого-то в Зинганане имеется пистолет. Пусть пороховой, но не менее убойный. Куда там! Бандиты прут по Весенней улице едва ли не с песнями под барабанный бой.
По левую руку осталась капсульная гостиница «Оматар». Верблюд на миг притормозил возле бетонного крыльца. Почти три с половиной года тому назад именно здесь, в капсуле под номером 284, ему пришлось провести первую на Ксинэе ночь. А сейчас, увы, от былого экономного лоска не осталось и следа. Стеклянная дверь разнесена вдребезги, широкое крыльцо завалено мусором. Какие-то мудаки не поленились выбросить из окна одну из капсул. Пластиковые стены колотыми обломками разлетелись далеко вокруг. У края тротуара валяется битый информационный экран.
