– Ну-у-у, как тебе объяснить, – Инга поморщилась. – До сих пор в Москве маршруты общественного транспорта начинаются в черте города. Тогда как маршруты пригородных электричек заканчиваются на железнодорожных вокзалах. Ты наверняка наслышан, что творится на этих самых вокзалах и станция метро в час-пик. Толпы народа бегут с пригородных электричек под землю. Вечером ситуация повторяется с точностью наоборот. Вот столичные власти и задумали построить Московские центральные диаметры.
Грубо говоря, это те же самые электрички, но их конечные станции вынесены за пределы города. Может быть даже далеко за пределы. Тогда как маршруты диаметров пересекают всю столицу, в том числе и её центр, чуть ли не через Красную площадь. По задумке властей, это должно разгрузить вокзалы и станции метро возле них в час-пик.
Очень похоже на то, – Инга приподнялась на лапах, – что в Вейтине подобную идею уже реализовали. Я давно заметила, что на Ксинэе хватает того, что на Земле ещё только думают внедрить или построить.
Характерный перестук стальных колёс тут же подтвердил предположение напарницы. На железной дороге показался поезд. Ого, Виант усмехнулся. Совсем как современная московская электричка: шесть серых вагонов с красной полосой под широкими окнами. Носы двух крайних вагонов скошены и закруглены аэродинамики ради. В каждом вагоне по три раздвижные двери. Отлично видно, что люди внутри сидят на скамьях, либо стоят в проходе. Иначе говоря, никаких плацкартов, лежанок и купе для проводников. Электрический поезд сбросил скорость и неторопливо вполз под пластиковый навес небольшой станции.
– Интересно, а почему он не на магнитной подушке? – полюбопытствовал Виант.
– А зачем? – Инга усмехнулась. – В черте города поезда всё равно не смогут разгоняться до двухсот километров в час. А так дешевле и строительство, и эксплуатация. Ты же сам прекрасно знаешь: Юрания – классическая капиталистическая страна. Диаметры предназначены для простолюдинов. Так что вкладываться в понты смысла нет.
Да, кстати, – Инга показала лапой, – через вон тот туннель нам нужно будет перебраться на ту сторону.
Виант проследил глазами в указанном направлении. Почти напротив въезда на территорию Торгового порта насыпь под железной дорогой протыкает широкий проход для пешеходов. Вполне логично, Виант машинально кивнул, именно со стороны жилых домов идёт основной поток пассажиров. Асфальтированная дорожка с бетонными бордюрами как раз поворачивает в сторону станции.
– Почему именно туда? – спросил Виант.
Перспектива пробежаться по туннелю для людей, где совершенно негде спрятаться, никак не вдохновляет.
– Виант, я не поняла: ты жил в Москве или нет? – недовольно спросила Инга.
– Когда это было? – в ответ буркнул Виант.
– Нам нужно попасть на ту сторону, чтобы забраться в поезд, который идёт на север, а не на юг, – объяснила Инга.
Виант стрельнул глазами вправо и влево. Обходные пути просматриваются, только они ещё хуже. Если от человека, при желании, можно убежать или уклониться, то спастись от колёс легковушки или грузовика гораздо проблематичней.
– Ладно, – выдохнул Виант, – твоя взяла, пошли.
Удивительно, но путь на ту сторону станции оказался гораздо проще, чем казалось Вианту. Вечер выходного дня в разгаре, пешеходов почти нет, хотя машин хватает. Они специально выждали, пока на светофоре для людей смешно задрыгал ножками маленький зелёный человечек, и рванули через проезжую часть по «зебре» прямо перед мордами машин.
Осторожность вещь хорошая, но бывают ситуации, когда её просто необходимо хотя бы на время сдвинуть в сторону. Через пустой туннель для прохода под насыпью для пешеходов они проскочили на одном дыхании. Газон с подстриженной травой и декоративными кустиками надёжно укрыл их от случайных глаз. По нему же Виант с Ингой без проблем добрались до лестницы, что ведёт на станцию.
– Быва-а-али дни весё-ё-ёлые!
Виант выглянул из-под прикрытия куста. По тротуару шагает мужичок лет сорока – сорока пяти. Тёртые чёрные джинсы и такая же куртка. Растрёпанные волосы плачут по ножницам, а недельная щетина по бритве. Зато чуть поддатая душа у мужичка нараспашку и весёлое настроение. Неровный шаг, измятый белый пакет в правой руке выразительно брякнул.
На всякий случай Виант пригнулся. Впрочем, бояться особо нечего. Люди и на трезвую голову особой внимательностью не отличаются. Чего уж говорить о состоянии, когда в душе играет на гармошке дополнительные сорок градусов не самого дорого алкоголя.
– Отлично, проводником будет. Давай за ним, – скомандовал Виант.
Широкая лестница с металлическими перилами и невысокими ступеньками. Всё для людей. На трёх промежуточных лестничных площадках специально для больных и немощных предусмотрены декоративные скамейки. Однако для поддатого мужичка подъём на станцию оказался нелёгким испытанием. Он то и дело шатался из стороны в сторону, брякал пакетом и стучал носками ботинок по ступенькам. Виант с Ингой осторожно припустили следом за ним.
