Мейс вспомнила своего ПО, полицейского-инструктора. Он был ветераном, «тихоходом», который хотел отработать свою смену как можно глаже и вернуться домой целым. Как и многие копы того времени, он не любил женщин в своей патрульной машине и имел простые правила: не трогай рацию, не просись за руль и не жалуйся, если заезжаем на «стачку» (так копы называли место сбора, обычно парковку, где ставили рядом свои патрульные тачки и отдыхали, дремали, слушали музыку или занимались бумажной работой). Однако самым главным правилом ее ПО было: просто заткнись ко всем чертям собачьим.
Она пережила месяц этих поездок, потом получила от сержанта отметку «подготовлена» и право действовать самостоятельно. С этого дня позывным Мейс стало «10–99», что означало полицейского, работающего в одиночку.
– Я так понял, вы сестра Шефа.
– Верно, – ответила Мейс, не желая развивать тему.
– Вы были в тюрьме?
– И снова верно. У вас есть еще личные вопросы или этих двух хватит?
Он отступил.
– Слушайте, я просто интересуюсь.
– Верно, просто интересуешься. А с чего такому молодому жеребчику таскать барьеры? Тебе же положено бегать, стрелять, арестовывать и ходить в суд, чтобы купить новый телик или красивые бирюльки для своей подружки.
– Ну да, вроде того… Эй, замолвите за меня словечко перед Шефом.
– В таких делах моя помощь ей не нужна. Тебе нравится быть копом?
– Пока что-нибудь получше не подвернется.
У Мейс застрял комок в горле. Она отдала бы все на свете, чтобы только снова надеть форму.
Полицейский закрутил на пальце свою кепку и ухмыльнулся, наверняка думая, не назначить ли Мейс свидание.
Мейс процедила сквозь зубы:
– Дам тебе простой совет. Никогда не снимай кепку, если стоишь в охране.
Кепка замерла, парень уставился на Мейс.
– Это почему?
– По той же причине, по которой не стоит ее снимать, когда идешь за подозреваемым. Если на тебя прыгнет что-нибудь большое и волосатое, тебе будет нечем доставать пистолет. Птенец.
Она переключила скорость, подняла мотоцикл на заднее колесо и, едва не задев ногу вовремя отскочившего копа, с ревом заехала в гараж.
Сестра ждала ее в кухне, уже переодевшись в свежую форму. На столе лежала стопка документов.
– Домашняя работа? – спросила Мейс.
– Сводка за сутки, отчет об убийствах, нарезка новостей, обзор к совещанию по внутренней безопасности. Все как обычно.
– Тебе идут четыре звезды, – заметила Мейс и почесала за ухом Слепыша, который сопел рядом.
– Как покаталась?
– Не так интересно, как надеялась.
– Я надеялась, что ты разочаруешь меня и не поедешь в Шесть-Р.
– Прости, что не стала тебя разочаровывать, – бросила Мейс, налила себе чашку кофе и уселась за стол. – Я видела Эдди Минора.
– Кого?
– Одного мелкого подонка, – пояснила Мейс. – Он сказал, твои парни были там на прошлой неделе и задавали вопросы по поводу моего дела.
Бет отложила папку, которую держала в руке.
– Так, и что?
– Ты все еще работаешь над этим делом?
– Я работаю над всеми делами, где не удалось добиться правосудия.
– Эдди сказал, что ты можешь здорово разозлить этим кое-кого наверху.
– Да ладно. Ты прислушиваешься к рассуждениям какого-то уличного бандита о политике округа Колумбия?
– Так речь идет о политике?
– Я уже позабыла, что у тебя склонность воспринимать все слова буквально.
– Поэтому у тебя усиленная охрана?
– В каком смысле?
– На тебя начали охотиться, потому что ты не хочешь закрывать это дело?
– Если кто-нибудь из городских шишек решит, что я слишком усердствую над твоим делом, он точно не прикажет пристрелить меня. У них хватает других возможностей.
– Тогда к чему дополнительная охрана?
– Угроз стало немного больше обычного. И некоторые из них звучат убедительно, поэтому было принято решение ввести лишние меры предосторожности. Мне это не нравится, но пришлось смириться.
– И откуда исходят эти убедительные угрозы?
– Не напрягайся. Хотела бы я все эти годы получать по доллару за каждую угрозу убить меня…
– Бет, достаточно всего одной.
– За мной приглядывает толпа народу.
– Ну ты только что добавила к команде еще одного человека.
– Нет! Ты должна сосредоточиться на себе.
– Бет…
– Сосредоточься на себе.
– Ладно, и какие у меня есть варианты? – резко спросила Мейс.
– У тебя их не много.
– Я спрашивала не об этом.
Бет откинулась на спинку стула и потыкала пальцем в свой «Блэкберри».
– Ты признана виновной в преступлении при отягчающих обстоятельствах – использовании огнестрельного оружия. Сейчас ты на пробации. Разумеется, с таким грузом ты больше не можешь быть копом.
– Кто-то похитил меня, накачал метамфетаминовым коктейлем хрен знает с чем еще и заставил участвовать в вооруженном ограблении, пока я ни черта не соображала.
– Я это знаю, ты знаешь, но суд пришел к другому заключению.
– Присяжные и судья попали под каток слишком усердного прокурора, который нацелился на меня и на тебя.
– Этот чересчур усердный прокурор сейчас возглавляет прокуратуру.
Мейс побледнела.
– Что?
– Месяц назад генеральный прокурор назначил Мону Данфорт исполняющей обязанности окружного прокурора округа Колумбия.
– Окружным прокурором? Это же была папина должность.
