Замолчав, Гаменза повернулся на каблуках, отошел на двадцать футов и о чем-то тихо заговорил с Омеретто Имполантом.
Люди Гордона упаковали десять фунтов взрывчатки вместе с детонатором, подбросили к стволу. Гордон поднял ружье-излучатель, выстрелом из которого должен был вызвать взрыв.
Джонатану внезапно пришла в голову мысль, возникшая в последнюю минуту, и он бросился вперед:
— Стойте! Подождите минуту! Подумайте: щепки разлетятся на акр как минимум. Что, если каждая щепка начнет расти?
Гордон опустил излучатель.
— Да, пожалуй, ты прав. Разумная мысль.
Джонатан указал рукой в сторону сельских домиков, которые виднелись впереди.
— Гордон, эти фермы впереди, они выглядят ухоженными и вполне современными.
— Естественно. Мы применяем земную технику, ее последние разработки. Что ты хочешь этим сказать?
— Прежде всего, я понял, что ты не хочешь, чтобы твои молодцы выбирали все сорняки руками. Я прав?
— Прав? Естественно, не хочу! Нам завезли дюжину различных химикалий против сорняков. Гормоны... О!!! — Он запнулся, хлопнул Джонатана по плечу. — Конечно же, химикалии, растительные гормоны! Я сделаю тебя министром сельского хозяйства! Решено! Ты согласен!?!
— Подожди ликовать, сначала давай посмотрим, — прервал восторги Гордона Джонатан, — проверим, как они подействуют на Дерево. Впрочем, это растение, значит, должны подействовать. По идее, оно должно сойти с ума.
Все произошло, как они и предполагали, Дерево сошло с ума.
Это была страшная, незабываемая картина: усики извивались, сворачивались и стреляли без какого-либо смысла; пушистая белая голова вертелась и посылала пучки энергии во всех направлениях. Лепестки с огромной скоростью росли вверх и, вытянувшись на двести футов в небо, рухнули на землю. Налицо был полный разлад системы.
К тому времени, когда подвезли вторую установку, стало ясно, что сопротивление монстра сломлено, Сын сопротивлялся из последних сил, движения, и без того потерявшие даже намек на осмысленность, постепенно совсем прекратились, ствол обуглился, лепестки почернели и съежились... Меньше чем через минуту то, что было Сыном Дерева, превратилось в зловонно дымящийся обрубок. Битва закончилась победой людей.
Усталый, но удовлетворенный, Принц Гордон восседал на троне.
Друиды стояли неподалеку, лица их были мертвенно бледные и оба архи-Товэрэча Гаменза и Омеретто Имполант плотно завернулись в плащи. Мейнги, выстроившись в строгом соответствии с субординацией, стояли с другой стороны зала. Первым стоял Магнерру Ипполито, облаченный в красную мантию и гравированную кирасу. За ним Ирру Камметтви. Дальше стояли два функционера Красной Ветви.
В полной тишине прозвучал чистый и звонкий голос Принца:
— Сейчас я не смогу дать вам окончательного ответа. Не могу сказать вам, что мы еще не решили, каким путем пойдет Балленкрайч, существует ли еще некоторая неопределенность по этому вопросу. — Он шевельнулся в кресле, но руки его остались неподвижно лежать на подлокотниках. — К сведению как Мейнгов, так и друидов, для нас в этом вопросе нет ничего нерешенного. Мы едины в желании строить прекрасный, светлый мир. Теперь, когда с проблемой Сына Дерева покончено, я никому не окажу личного предпочтения. Нисколько не сомневаюсь в том, что вы, господа друиды, действовали исходя из самых лучших побуждений. Ваша вера крепка в вас, но вы такие же рабы по духу, как и ваши лайти. Это хорошо объясняет ваш поступок. — Он немного помолчал, затем продолжил:
— Вот на что я бы хотел обратить особое внимание. Вы знаете, что мы отказались от политических обязательств, мы заняты делом, — мы трудимся. Сейчас мы изготавливаем инструменты, нам необходимы лопаты, пилы, молотки и сварочные аппараты. Но это только начало. Через год мы начнем производить электрооборудование. Наши планы идут еще дальше, и через пять лет, на берегу озера Аллан, мы построим космодром. Лет через десять мы планируем отправлять наши грузы на любую из звезд, которые вы видите в ночном небе. Вполне возможно, что и на этом мы тоже не остановимся. Так что, Магнерру, вы можете отправляться домой, вам есть, что сообщить в Ампиану и Лабоне. Передайте обо всем, что вы услышали. Что же касается вас, — он повернул голову к друидам и продолжил, — то я сомневаюсь в том, что вы захотите вернуться к себе.
— Почему же вы так считаете? — резко отреагировал Гаменеза.
— Скажем так, к моменту вашего возвращения на Кайирилл е может случиться переполох.
— Ну, это, можно сказать, только предположение, — произнес Хабальятт, растянув в очень короткой улыбке свой рот.
Джонатан сидел в кресле на личной веранде Принца и разглядывал, как на поверхности озера пылали отблески заката. Рядом в похожем кресле сидела Ильфейенн. На жрице было просторное белое платье. Она наблюдала за Гордоном.
Гордону было не успокоиться, он то вскакивал, то садился, без конца что-то говорил, постоянно жестикулируя, и хвастался.
