— Да все нормально, Женька, ну чего ты волнуешься? Мама придет? Когда? А, ну хорошо, я понял. Ну, давай, а? Дашку, сейчас, — он протянул трубку Даше. — Женька тебе хочет что-то сказать.
Дашка взяла телефон и убежала в свою комнату.
— Дядя Дима, сейчас мой отец приедет. Они меня в травмопункт отвезут, — сказал Рома.
— Хорошо, они скоро будут? — спросил Дима, кладя обратно на стол документы на машину.
— Сестра сказала, что уже одеваются. Мама тоже поедет.
— А ты будто не рад? — спросила его Света, убирая аптечку обратно в шкаф на кухню.
— Да рад, конечно. Просто она будет волноваться, зачем это.
Серега прыснул от смеха, переглянувшись с другом.
— Ой, юмористы, — сказала Света, делая им еще бутерброды, — ешьте лучше. Мама и так будет волноваться. Сережу до дома добросите?
— Не надо, я сам дойду, — запротестовал Серега.
— Нет уж, пусть отвезут. Дим, может, ты отвезешь?
— Не надо, мы отвезем, — сказал Рома. — Покорись.
— Да я мог бы и сам, — проворчал Серега, налегая на бутерброды с чаем.
На кухню вбежала Даша, отдав телефон Роме. Она вся раскраснелась и игриво посматривала то на Ромку, то на Серегу.
— Они выехали, — сказала она. — Ну, ребята, готовьтесь!
— К чему? — удивился Серега.
— Дядя Коля разговаривал с твоими родителями, Сереж, — сказала Даша.
— Ну, все, я пропал, — Серега достал свой телефон из кармана, там было десять пропущенных вызовов.
8.
Света сидела за столом у себя в маленьком кабинете и бегло просматривала учебный план. Все было столь же знакомым, сколь и безликим. Она с сожалением отодвинула от себя папки с файлами, стопка методичек опасно стояла на углу стола, норовя завалиться под шкаф. Света бросила на нее игривый взгляд и слегка пошатала старый стол, стопка покачнулась, но не упала, скорее стала устойчивей, нижние ряды разъехались в стороны, и она приобрела вид странной пирамиды. «Вот она — сила методики» — с ухмылкой подумала Света и лениво потянулась, до начала семинара было еще полчаса.
В кабинет ворвался Григорий Павлович, душистый и розовощекий, в новой отглаженной рубашке, отдававшей разбавленной бирюзой в неясном свете. Его галстук съехал в сторону, а пиджак был забыт где-то в других кабинетах.
— О, как не зайду к вам, так не нарадуюсь. Сразу видно, что здесь живет молодая женщина, — воскликнул он, искренне радуясь обновлению кабинета, маленькая комната, благодаря стараниям Светы и Александры Яковлевны, превратилась из заброшенного чулана в светлую уютную комнату, где строгость казенных шкафов была низвергнута новыми зелеными занавесками с этническими мотивами и рядом разноцветных цветов, занявших весь подоконник, знавший до этого только вес тяжелых коробок с папками, да серую жирную пыль. — Вы готовы к семинару?
— Всегда готова! — отрапортовала Света, вскинув руку в жесте пионеров. Она встала и поправила на нем галстук. — Что-то Вы забегались.
— Да вот дела, конец года, сама понимаешь. Ох, достали меня уже эти отчеты, пора отчетов, будь она трижды проклята! — с чувством воскликнул он. — Светочка, а ты разве была пионером? Успела?
— Конечно, успела, — рассмеялась Света, — я же не такая молодая, это вы меня все в девочках держите.
— Только подумать, как время летит, — он вновь дернул за ворот рубашки, смещая галстук в сторону. — У, жара, и не поверишь, что декабрь.
— Ну что Вы опять, — возмутилась Света и вернула галстук на свое место. — Сядьте, отдохните. Остыньте.
— Не могу, какой сядь, тут дел в невпроворот. Я же один остался, Сергей Алексеевич вот, некстати как, в больницу попал.
— Это никогда кстати не бывает. Ничего, он крепкий, выкарабкается.
— Да не такой уж крепкий, восьмой десяток пошел, не с чего крепиться то, — покачал головой Григорий Павлович. — Я вот подумал, может, пока ты его группы возьмешь? Тема тебе знакомая, разберешься, да? А то я не хочу Антона просить, каждый раз… ну нет, не хочу об этом говорить.
— Да, с Антоном сложно, — согласилась Света. — Чувствуешь себя, будто бы обязан ему до гроба.
— Да, вот, я это и хотел сказать, просто слов найти не мог, — с живостью ответил он. — Сергей Алексеевич у нас от учебного плана не отходит, так что…
— Я справлюсь, не переживайте, — ласково сказала она.
— Ну, вот и славненько. А ты уже подумала над своей темой?
— Нет, признаться, даже и не думала.
— Так давай подумаем вместе. Мы на следующей неделе соберемся всей кафедрой, но, думаю, что будем только мы с Сашей, у остальных дела, коммерция, контракты.
— Надо же на что-то жить.
— Надо, конечно. Но, не знаю, наверное я не прав, просто не получается, недоделанность какая-то. Ты же знаешь, я идеалист в душе.
— Вы идеалист до кончика ногтей, Григорий Павлович, — Света стала собирать материалы для семинара.
— Да, надо идти. Ну, желаю удачи! — он приветственно махнул рукой и стремительно выбежал, оставив после себя жар неугомонной души.
