Пространство внутри тоже стало другим. Натяжные белые потолки, гладкие, светло-сиреневые стены и пол, выложенный серой плиткой. Даже дверь Вайтлина изменилась, теперь она была сделана под красное дерево.
— Да, конечно.
Как должен выглядеть кабинет психолога? Так, чтобы посетителям было в нем комфортно. У Вайтлина, например, был абсолютный минимализм. Стол со стеклянной крышкой на черных тонких ножках, узкий книжный шкаф, кушетка для посетителей и несколько картин, обрамленных темным багетом, на стенах.
— Что тебя привело, Бернард? Я же просил приехать с Элионом, — незаинтересованно проговорил бета, не отрывая глаз от каких-то бумаг.
— Но у меня есть очень важный вопрос.
Он тяжело вздохнул и отложил все, подняв тяжелый взгляд прямо на меня.
— Садись и рассказывай, — мужчина жестом указал на кушетку.
Меня он слушал не отрываясь, не перебивая и не переспрашивая. Только изредка он покачивал головой, показывая, что находится всё ещё рядом и не витает в своих мыслях.
— Не думаю, что это из-за его расстройства, — заключил он, когда я закончил рассказ.
Бета снял очки и устало потер переносицу.
— И к мании преследования я бы это тоже не отнес. На моей практике с такими как он подобного не случалось, — продолжил Вайтлин, — я бы посоветовал тебе поговорить с ним. Если не выйдет, проследите. Вполне возможно, что у твоего возлюбленного появился преследователь. Сталкер, если хочешь. О таких ситуациях люди часто даже членам семьи не рассказывают. Боятся и за них, и за себя.
Я опешил. Моего Эла могут преследовать?
— А подобное преследование очень опасно? — не своим голосом спросил я.
— Ну, от случая к случаю. Все зависит от человека, конечно, но лучше не запускать. В целом, подобное ничем хорошим никогда не кончалось, так что будь повнимательнее, Бернард, пока ничего плохого не случилось.
Из клиники я выходил на негнущихся ногах. Что делать ума не приложу. По-хорошему, док прав, нам с Элионом нужно серьезно поговорить и обсудить все это, но вот только сам парень очень самостоятельный и упертый. Он считает, что все может решить сам, что не нуждается в чей-либо помощи. Или же просто боится быть отвергнутым. Поэтому помочь Куперу, думаю, мне будет достаточно трудно.
Мысленно ругая Эла, я не заметил и влетел ногой в лужу. Еще одно «прекрасное» событие за этот «чудесный» день. Проматерившись, я запрыгнул в салон машины, завел мотор, и Мерседес резво тронулся с места.
Обед уже почти заканчивался, а я не успел и крошки перехватить. Желудок предательски заурчал, и мне пришлось заезжать в один из ресторанчиков быстрого питания. К счастью, молодой альфа в окне автораздачи оказался на редкость расторопным. Быстро перекусив бургером, парочкой нагетсов и газировкой, я продолжил свой путь.
Буквально вбежав в офисное здание, я сразу направился к своему кабинету. Мозг снова был загружен работой и Элом. Сначала его празднование, а потом и сталкер. Черт, мне сейчас хотя бы с одним разобраться.
Я уже было скользнул мимо приемной, как вдруг заметил своего секретаря.
«Точно!», — словно лампочка зажглась в моем сознании. — «Он же тоже омега!».
— Юджин, — остановившись у самой двери, я обратился к нему.
— Что-то случилось, мистер Брайс?
— У одного моего хорошего друга, омеги, в скором времени будет День Рождения. Я хочу попросить тебя помочь мне с этим, — было понятно, что Новак был сильно удивлен. — Это не по работе, так что оплаты не будет. Ты в полном праве отказаться…
Договорить мне не дали.
— Хорошо, мистер Брайс. Буду рад помочь вам.
Что-то по-лисьему хитрое, немного дьявольское блеснуло в его глазах, но тогда я не придал этому значения. Много позже стало понятно — зря.
========== Глава 18. “В преддверии бури”. ==========
Pov Автор.
В крохотной квартирке недалеко от окраины было темно. Свет в комнатах погашен, а шторы плотно задвинуты. Царила тишина. Безмолвие нарушали только едва ощутимое дыхание и почти неслышные шажки кошачьих лап.
Хозяин жилища словно играл с кем-то в прятки. Притаившись за своим диваном, Элион обнял колени руками и прижался к ним головой. Его глаза были плотно зажмурены, запястья периодически подрагивали, а пальцы впивались ногтями в тонкую кожу.
— Невыносимо… — едва произнес он срывающимся голосом, подняв глаза и осмотрев пространство вокруг.
Возле него лежали различные бумажки, изображения и надписи на которых невозможно было различить в полумраке. Уже который день он страдал от чьих-то угроз, и с каждым разом все становится гораздо хуже. Поначалу это были только письма исчирканные всевозможными оскорблениями и детально описанными способами физической расправы. Но потом все стало куда более устрашающим.
Посыпались фотографии, сделанные в тот же день, в который письмо оказывалось в ящике. К ним шли приписки, похожие на: « Лучше смотри по сторонам» и «Ого, а сегодня ты кажешься смелее». После к посланиям были прикреплены личные вещи Купера, достать которые без контакта с самим владельцем было совершенно нереально.
