— А… — Линкен махнул рукой в сторону оцепления. Гедимин проследил за его взглядом и увидел Кенена, обнимающегося с двумя «Маршаллами». Третий, со смартом, стоял перед ними.
— Макаки уходят, — буркнула подошедшая к Гедимину Лилит. — Хорошо. И пусть не возвращаются. Ещё бы охрана «Вирма» и «Вестингауза» свалила в туман…
— Эти не уйдут, — убеждённо сказал Линкен. — Будут следить за заводами. Нам не доверяют. Ну, это правильно. Не все макаки тупые.
— Заводы пусть оставят. Это нам пригодится, — проворчала Лилит. — Мы ещё построим. Интересно, когда мы будем строить свои заводы? Сейчас?
Барк протяжно загудел. На трап вышел «Шерман» с рупором и рявкнул на слоняющихся по аэродрому. Охранники, спрятав смарты и потушив сигареты, потянулись к барку.
«Улетают,» — Гедимина ещё не оставила настороженность, но ему уже хотелось широко ухмыляться и даже, возможно, пробежаться по крыше барака и перепрыгнуть на соседнюю. «Никто не полезет в мою лабораторию. Не будет мешать мне обнимать сборки. Не будет вламываться в барак. Теперь можно заняться делом.»
…Магазин Грегори был открыт — он вообще закрывался нечасто и ненадолго, и табличка «закрыто» пропала с его двери ещё двадцать шестого, пусть даже продавцу пришлось выйти к прилавку одному, без охранников, ещё не оправившихся от праздничной ночи. Сегодня он был в зале не один — двое в лёгких экзоскелетах стояли у прилавка, и их глаза были странно округлыми, а движения — неловкими, дёрганными.
— Новички, — ухмыльнулся Грегори, небрежно кивнув сармату. — Только-только с барка.
— Работают на тебя? — уточнил Гедимин.
— Наёмная сила, — ответил человек. — Эдмонтонский филиал выделил — по паре на каждую лавку за Периметром. Проблем с ними будет… Ладно, не слушай. Не твоё дело. За чем пришёл?
Сармат положил на прилавок лист, вырванный из записной книжки Хольгера. Список нужных деталей, написанный крупным почерком, занимал всего половину. Грегори просмотрел его и хмыкнул.
— Вот эти три, это и это у меня есть. Это подвезут на неделе. Вот это и это впиши в заказы, на складе бывает редко. А вот это сразу вычеркни. Найдут — посадят обоих.
Гедимин мигнул, недоверчиво посмотрел на человека — тот выглядел серьёзным.
— Давай, что есть, — сказал он, делая в списке пометки. «Никогда не понимал законов макак. Чем их так пугает всё, в чём есть радионуклиды? Эти вещи совершенно безвредны, если их специально не ломать…»
…Сарматы разошлись с озера, когда совсем стемнело. Гедимин, уходя, оглянулся на непривычно пустой аэродром с потушенными прожекторами. Этой ночью здесь никто не собирался приземляться. Площадь перед фортом больше не переливалась разными цветами, и само здание притихло — не было слышно ни гимна Атлантиса, ни рождественских мелодий. На пустых улицах не громыхали экзоскелеты, и даже небо опустело. Без сигнальных огней на крышах городской свет перестал затмевать звёзды; Гедимин нашёл взглядом Юпитер и, присмотревшись, различил на фоне жёлтого диска тени спутников.
В информатории, как и на улице, было тихо, и даже компания, пришедшая поиграть в «Космобой», не снимала наушников. Линкен подсел к ней, но через две минуты фыркнул, отключился и встал из-за стола.
— Не умеют, а туда же… Гедимин, давай в «Космобой»? Уже восьмой вышел, а ты даже пятого не пробовал…
— Нет, — отозвался ремонтник, не оборачиваясь. Разложенные перед ним детали были, на его взгляд, слишком мелкими, работать с ними приходилось в респираторе и перчатках, чтобы не загрязнить их. Лишний раз отвлекаться, а потом раскладывать всё заново Гедимину не хотелось.
— Эй, парни, вы это читали? — Кенен развернулся от телекомпа и обвёл вопросительным взглядом ближайших сарматов. — Из выступления Маркуса Хойда о переходе сарматских территорий на самоуправление… «При всех стараниях покойного Джеймса человеческие традиции не прижились в среде искусственнорождённых и остались для нас чужими. С первого января на территориях будет сокращено число обязательных праздничных дней. Мы оставляем для себя день смены дат, День тишины пятнадцатого июня и День труда. Последний будет закреплён за определённой датой, чтобы не сбивать планирование работы на территориях. Это будет второе сентября. Такой график уменьшит количество беспорядков, несчастных случаев и проявлений агрессии, вызванных отсутствием полезной деятельности и избытком свободного времени.»
— Ура-ан и торий… — протянул Иджес, поворачиваясь к Гедимину. — Атомщик, ты это слышал? У нас, получается, избыток свободного времени! Не у макак, работающих по пять дней в неделю…
— Кто-то же должен работать, — буркнул Линкен. — Макаки ушли. А у Маркуса определённо есть свои планы. Может, он завтра пришлёт за нами. Давно пора заняться делом. Готовить новый флот. Здесь есть где его спрятать. Не могу дождаться, когда меня позовут. Давно не был за штурвалом звездолёта. Надеюсь, не разучился.
— Встречаться будем ещё реже, — вздохнула Лилит, покосившись на Гедимина. — И так друг друга по полгода не видим. Надеюсь, твой Маркус всё же не такой псих, и никаких флотов тут не будет.
