…За телекомпом в тихом углу, у стены, сидел Кенен Маккензи в наушниках и увлечённо бил по клавишам, изредка проводя черту пальцем по экрану. Гедимин занял освободившееся место рядом с ним и хотел открыть поисковик, но вспышки на соседнем мониторе привлекли его внимание. «Кенен играет в «Космобой»?» — он удивлённо мигнул. Ещё никогда он не заставал учётчика за этим занятием… и сейчас, кажется, тоже не застал, — на экране вместо звездолётов, истребителей и дронов мельтешили человекоподобные фигурки в разнообразном снаряжении. Увидев среди них два экзоскелета — схематично нарисованные «козы» тёмно-серого цвета — Гедимин заинтересованно хмыкнул и придвинулся ближе. Яркая вспышка ударила в экран, и Кенен с досадой фыркнул и ткнул пальцем во всплывшую надпись «Загрузить последнюю игру».
— Что это? — спросил Гедимин, потянув его за наушники. Учётчик вздрогнул, растерянно замигал и повернулся к нему, снимая с головы обруч.
— А? Что? Прости, Джед, я не заметил тебя.
— Странная игра. Это не «Космобой»? — спросил Гедимин, глядя на экран. Там застыла картинка — массивный приоткрытый люк со следами воздействия высокой температуры, бластерных разрядов и… пожалуй, выветривания. Сооружение выглядело вполне по-современному, но даже сармату было ясно, что этому люку очень много лет.
— Нет. Это «Фоллаут». На материке её очень хорошо знают. Жаль, местные администраторы не слышали ни о чём, кроме «Космобоя», — Кенен вздохнул.
— Я тоже, — сказал Гедимин, разглядывая люк. «Противорадиационное убежище?» — символы на крышке сильно истёрлись, но ещё угадывались, и сармату вспомнились иллюстрации к некоторым лекциям в Лос-Аламосе.
— На Энцеладе не играют в «Фоллаут»? — ухмыльнулся Кенен. — Ну да, туда все новинки приходят с большим опозданием… Здесь речь о Земле после ядерной войны. Макаки устроили бойню, закидали друг друга всем, что нашлось в арсеналах. Кое-кто выжил. А я играю за их потомка. Видишь люк? Это его родное Убежище.
Гедимин мигнул.
— Здесь была ядерная война? — медленно проговорил он. — Это плохо. С водой будут серьёзные проблемы. Даже если брать её из-под земли, туда просачиваются почвенные воды. И потом… АЭС и химзаводы. Кто-нибудь следит за уцелевшими? Их нельзя оставлять без присмотра. Возгорания и утечки — вопрос времени, и если начнётся, про бомбы никто даже не вспомнит. И… это будет очень сложно. Привести всё в порядок после такой… аварии. Ты — ликвидатор или ремонтник? Чем занимаешься?
Теперь мигнул Кенен.
— Ликвидатор? Ремонтник? — он хихикнул. — Кому это нужно, Джед? Там никто ничего не чинит, не чистит и ни за чем не следит. У меня тут банда рейдеров, мы торгуем рабами и самками. И вот ещё две банды. Когда я разберусь с ними, у меня будет вот этот городок, а потом…
Гедимин крепко взял его за плечо.
— То, что ты делаешь, — глупо. Так ты умрёшь. Как только начнут гореть химзаводы…
— Эй-эй! Потише, Джед. Не надо так переживать из-за дурацкой игры! — Кенен широко улыбнулся и показал пустые ладони. — Я прекрасно понимаю, о чём ты. Но в этой игре не предусмотрен ремонт химзавода. Зато здесь много мартышечьих забав — стрельбы, резни и беготни, не считая торговли рабами и спаривания со всем, что шевелится.
Гедимин медленно разжал пальцы и снова посмотрел на экран. Картинка сменилась — теперь там на сухой каменистой земле необычно крупные крысы обгладывали человечий скелет в остатках боевого комбинезона. Сломанный бластер валялся рядом.
— Там, на этой Земле, — сармат кивнул на экран, — все занимаются только этими вещами? Это чудовищно глупо.
Кенен кивнул.
— Разумеется, Джед. Глупее некуда, — он ухмыльнулся. — А как ещё можно жить, оставшись без головы? Нет, сначала это весело… а потом — вот так.
Он постучал пальцем по экрану, прямо по картинке с трупом и крысами.
— Без головы? — повторил Гедимин. — Как можно жить без головы? Это невозможно.
— Именно, — расплылся в улыбке учётчик. — И не только сарматам и макакам. Общества тоже не выживают. Голова… Знаешь, из чего она состоит? Не все знают. И мало кто понимает, что там самое главное. Череп и челости…
Он провёл пальцем по своему подбородку и показал зубы.
— У государства это — власть и её армия. Череп и клыки страны. Эта война уничтожила их. Но это небольшая потеря. Правителей много — как запчастей в твоих карманах, куда ни ткни, кто-нибудь да подвернётся. Будут новые челюсти… А вот мозг так просто не отрастает.
— Что является мозгом? — спросил Гедимин. Кенен, хоть и ухмылялся, выглядел на удивление серьёзным — будто не играл в нечто, придуманное «макаками» для развлечения, а проводил научное исследование — и сейчас отчитывался о результатах.
— Ты знаешь, — отозвался учётчик, проведя пальцем по его виску. Гедимин изумлённо мигнул.
