Ремонтник молча сузил глаза и слегка сдвинулся в сторону — теперь Кенен мог метнуться к выходу, но достаточно было протянуть руку, чтобы перехватить его. Учётчик криво ухмыльнулся и протянул листок Гедимину.
— Не возьмусь. Даже ради нашей с тобой дружбы. Да ради гейзеров Энцелада! Меня расстреляют на месте, если я куда-нибудь с этим сунусь. Это не болты и не гайки! Это ядерные материалы, и ты сам лучше меня знаешь, как за ними следят. Они не валяются под ногами…
— Раньше это тебе не мешало, — заметил Гедимин. — Ладно. Материалы ты достать не можешь. А оборудование?
Кенен мотнул головой и сунул листок ремонтнику в карман.
— У меня нет знакомых в Лос-Аламосе и Канске. Я не понимаю половины слов, но такие вещи лежат где-то там. Спроси у своего Конара. Скорее он тебе поможет, чем я.
— Герберт — учёный, а не вор и не контрабандист, — сердито сощурился Гедимин. — Так ты возьмёшься?
— Нет, и это моё последнее слово, — учётчик, заметив, что проход перекрыт, вжался в стену и сунул руку в карман. — Ни за новый глайдер.
В одной из соседних комнат тяжело вздохнули. Дверь приоткрылась, и наружу высунулся Линкен.
— Атомщик, тебе помочь?
Кенена передёрнуло, и он скользнул вдоль стены, одним прыжком добрался до вестибюля и бросился вверх по лестнице, едва не сбив с ног спускающегося филка. Линкен хмыкнул.
— Всегда можно подождать и поймать. Он тебе нужен?
— Нет, — Гедимин скомкал список и засунул его на самое дно кармана, под ненужные детали и их обломки. «Не вышло. Надо что-то придумать…»
…Прокатный стан уже был разобран, фрилолитейную печь решили не трогать — её конструкция не содержала в себе ничего нового, а Хольгер утверждал, что она пригодится для будущих опытов. Гедимин и Иджес запаковывали детали в ветошь и фрил, Айрон подавал им коробки. Константин разглядывал остывшие листы фэнрила, ещё не извлечённые из форм, и раздражённо отмахивался от Линкена.
— Один лист. Я сам рассчитаю, где какие точки, — взрывник стоял рядом со смартом в руке; Гедимин не смотрел на экран — и без того было понятно, что там картинка с ядерным взрывом. — Работы на день. Почему нет-то?!
— Линкен, ты утомил, — вздохнул Хольгер, убирая со стола ненужные колбы. — Станки уже разобраны. Нужна картинка — распечатай да наклей.
Гедимин едва заметно ухмыльнулся. Линкен всё равно не мог этого увидеть — ремонтник сидел к нему спиной, заворачивая в скирлин очередную деталь.
— А зачем Ведомству наш станок? — тихо спросил у него Иджес. — Это же несложное устройство. Что, сами не сделают?
Гедимин пожал плечами.
— Распоряжение Ведомства. Дай сюда ленту.
Кто-то сзади прикоснулся к его плечу.
— Эй, атомщик, — вполголоса окликнул его Линкен. — Собери станок, а? Ненадолго, только сделать одну вещь.
— Иди к Константину, — ответил Гедимин, не оборачиваясь. — Он здесь командир.
Линкен протяжно вздохнул.
— Командир, говоришь…
…В разобранном виде прокатный стан занимал немного места — один сармат мог нести его в руках, не роняя по дороге детали. Гедимин завернул его в брезент и скрепил края — теперь «мешок» можно было закинуть через плечо. Сармат представил себе, как патрульный Нгылека несёт за плечом брезентовый куль, и едва заметно усмехнулся.
— Вот этот, — за спиной ремонтника Хольгер и Константин выбирали, какой из образцов фэнрила передать Ведомству. Готовых листов было три, все — с найденными в сети пейзажами, медленно изменяющимися с течением времени, — странные мохнатые деревья среди песчаных холмов, тростник и осока на берегу озера, хвойный лес, освещённый солнцем. Линкен смотрел на них, тихо фыркал и потирал шрам на затылке.
— Обезьяньи радости, — еле слышно проворчал он. — Нет бы сделать лисковую степь на берегу Ацидалии…
— Так искал бы картинки, когда надо было, а не совал всем под нос свой взрыв! — фыркнул на него Иджес.
Константин на секунду отвлёкся от образцов, повернулся к Гедимину, посмотрел на упакованный станок и кивнул.
— Готово? Теперь иди и сядь. Хватит смотреть на дверь!
Гедимин изумлённо мигнул — на дверь он не смотрел и тем более — не разглядывал её так пристально, чтобы это вызвало подозрения.
— Может, ты мне глаза заклеишь? — недобро сощурился он, отходя к верстаку. Северянин опустил руку на рукоять станнера, прикреплённого к поясу, на виду у всех.
— Вёл бы ты себя как разумное существо…
— Мы так никогда не выберем, — раздражённо вздохнул Хольгер. — Я предлагаю лес.
